— Я всё же подожду, дон Мигель. И подумаю. Хорошо бы знать, что за болезни у этих черномазых рабов?
— Ничего страшного, дон Хуан! Простое недомогание и лень! Больше ничего!
Всё же Ивась, сильно нервничая, отказался от сделки. Проклинал себя за столь опрометчивое решение связаться с этим сеньором. А тут ещё Ариас из города не возвращается! Что может его задерживать там? Что-то тревожно стало на душе, беспокойно.
Дон Мигель тем временем, будто ничего не произошло, предложил: — Хотите посмотреть других рабов в работе? Сами убедитесь, что эти скоты лишь жрут, а работать не хотят.
— С удовольствием, дон Мигель, — тут же отозвался Ивась, стремясь побыстрее покинуть это кладбище живых.
Им оседлали по лошади. Дон Мигель не переставал говорить, расхваливая своё хозяйство, превозносил Его Величество и могущество Испании. И между прочим дал понять собеседнику, что Португалия под властью Испании сможет поправить свои пошатнувшиеся позиции в мире.
Только теперь Ивась сообразил, что Португалия теперь во власти Испании. Это даже обрадовало его. Стало легче говорить и рассуждать. И поведение его могло быть вполне оправдано, хоть и достаточно подозрительно.
Они за полтора часа объехали несколько плантаций. Везде под неусыпным наблюдением надсмотрщиков трудились рабы. Их частенько били, вид их говорил о непосильных условиях жизни, и ни один не показался Ивасю достаточно крепким и здоровым.
— И сколько стоят эти рабы, дон Мигель? — скромно, но настойчиво, спросил Ивась, кивая в сторону троих негров с мотыгами в руках.
— Не менее двадцати песо, мой юный друг. Так что та мизерная цена, которую я назначил за больных, ничто по сравнению с этими.
Ивась ужаснулся дороговизне рабов. И подумал, что его денег и на пятерых рабов не хватит. Сильно захотелось вернуться на корабль. И ещё сильнее — увидеть Ариаса с его новостями.
Мулат появился лишь в сумерках. Мул был весь в испарине, конюх сокрушённо покачал головой и поспешил увести измученное животное подальше от придирчивых глаз хозяина.
Ариас почтительно застыл в дверях, ожидая, когда Ивась обратит на него внимание. При свете канделябра юноша пытался играть в кинолу и был особенно сосредоточен. Рядом сидела Мунтала, всячески отвлекала его. Донья Эстер играла серьёзно, но слегка проигрывала, а дон Мигель легко выигрывал, был в приподнятом настроении, разговорчив. Он легко манипулировал картами, Ивась проигрывал, и этот проигрыш уже достигал золотого песо. Но отказаться от игры он не решался. И лишь заметив Ариаса, вскочил, пробормотав:
— Извините, сеньоры! Я немедленно должен поговорить со слугой. Это для меня очень важно, простите!
Он поспешно поклонился и удалился, толкнув мулата к выходу.
— Что так долго, Ар? Рассказывай!
— Плохи дела, Хуан, — шептал мулат. — Про судно догадались. Они вынуждены были перейти на внешний рейд. По городу ходят слухи, что должны послать к нему флотилию шлюпок с людьми и захватить его.
— И что же? Ты ездил на судно?
— Куда там, Хуан! И ялика больше нет. Хорошо, что меня никто не признал! Но поговаривают и про нас. И очень страшные кары нам сулят. Завтра могут появиться здесь.
— Вот влипли, так влипли, Ар! Что же делать?
— Хорошо бы пробраться в город, там найти лодку и доплыть до судна. Я так думаю, что при таком малом количестве людей на судне, его легко захватят. Но они и сами могут отойти от бухты и вернуться на остров.
— Это будет слишком тоскливо, Ар! Куда нам тогда деваться? Здесь нас в считанные часы изловят. А мы ничего де знаем об острове. Куда податься?
— Едем в город, Хуан! Это единственное, что может спасти нас.
— На чём ехать? Кто нам даст животных?
— Ты тут гость и довольно важный. Все это знают. Пройдём в конюшню, и никто не откажет тебе в муле. Хоть одного, но добыть надо. Иди, Хуан, не теряй времени!
— А чёрт с ними, с хозяевами! Пошли, поможешь!
Они быстро дошли до конюшни. Конюх с удивлением встретил их, попытался возразить.
— Ты как разговариваешь с белым человеком? Раб вонючий! Немедленно двух мулов оседлать! Хозяин приказал!
Этот довод помог. Конюх вывел мулов, их быстро оседлали и два незадачливых пирата вскочили в сёдла.
До города доехали за полчаса. В порту было пусто. Гавань погружена в темноту. Ни один огонь не светился в ночной темноте.
Ивась остался с мулами, а Ариас пошёл искать кого-нибудь для расспроса. Вскоре он вернулся. Был озабочен и испуган.
— Что? Дела плохи?
— Наше судно ушло, Хуан! Час назад подняло паруса и удалилось. Как раз, когда я отъехал к тебе.