Смерть всё равно найдет его. Сегодня или через год. Но если это тело, эта жизнь были даны ему не случайно… может, он должен довести до конца то, что не успела она?
Прошло несколько дней. Феликс не выходил из дома. Не отвечал на звонки. Не ел. Не спал. Только сидел в кресле у окна и слушал, как дышит тишина.
На четвёртый день он машинально включил телевизор. Новости.
— Сегодня утром найдено тело Мелиссы Бауэр в собственной квартире. Подозреваемый — её бывший муж, Томас Грей. В данный момент он задержан и помещён под стражу. Полиция заявляет, что угрозы для общества нет, однако... остаётся неясным, что именно произошло. Несчастный случай? Самоубийство? Или всё-таки убийство?..
Феликс застыл.
Внутри что-то оборвалось. Экран перед глазами плыл, как в тумане. Всё, что он слышал — это глухой стук собственного сердца. Это был знак. Последний. Явный.
Время вышло.
Он медленно встал, оделся и, не задумываясь, отправился туда, где держали Томаса Грея.
Томас бросился к нему, как только Феликс вошёл в камеру для свиданий. В его глазах была смесь истерики, надежды и дикого страха.
— Ты пришёл! О Господи, ты всё-таки пришёл! — почти кричал он. — Ты мне веришь, да?! Скажи, что веришь!
Феликс смотрел на него долго. Молча. В глазах — ни сочувствия, ни ненависти. Только жёсткое, обжигающее знание.
— Скажи, что на самом деле произошло.
Томас резко выдохнул, обхватил голову руками и заплакал. Как ребёнок. Рвано, беззвучно.
— Я... не хотел... — прошептал он. — Я просто хотел, чтобы она вспомнила. Хотел, чтобы поверила мне. Чтобы не бросала. Чтобы... вернулась.
— Ты её убил?
— Нет! Нет, клянусь! — он ударил кулаком по столу. — Я только... схватил её за руки. Она кричала, вырывалась. Потом споткнулась, ударилась о край тумбы… Я не хотел… Я просто держал… просто держал...
Феликс не отрывал взгляда.
— Она умерла на месте?
— Нет... сначала нет. Она смотрела на меня… глазами Мелиссы. И... простила. А потом… закрыла глаза. И всё.
В камере повисла тяжелая тишина.
Феликс прошептал:
— Теперь ты понимаешь. Ты не Томас. И даже не Аллен. Ты просто человек, не справившийся со своей болью.
— Я не убийца... — голос Томаса сорвался.
— Нет. Но ты и не спаситель.
Феликс встал.
— Ты получил свой шанс. Но упустил его. Теперь очередь за мной.
— Что ты собираешься делать?.. — с отчаянием спросил Томас.
Феликс взглянул на него в последний раз. Спокойно. Будто увидел, наконец, не призрака, а человека.
— То, чего не смогли вы.
Он вышел, оставив Томаса в тишине и одиночестве.
На улице стояла весна. Но для Феликса начиналась зима. Холодная. Честная. Настоящая. Та, в которой он должен был сделать невозможное — воскресить не тело, а суть. Пробудить силу Мелиссы в себе.
И времени у него было всё меньше.