Но Сильвия не сердилась. Она не могла объяснить странные чувства, нахлынувшие на неё, словно волна. Ночь уже была не так холодна, как вначале.
Алекс выскочил из-за угла склада и открыл огонь из “томми-гана”. Из пяти находившихся возле ворот людей Молиарти двое были мертвы. Остальные продолжали палить по складу и в окно.
Появление Алекса стало большой неожиданностью. Один из раненых гангстеров сообразил, что пора сматывать удочки, когда его товарища пули прошили насквозь, и он рухнул как подкошенный рядом с машиной. Другой, сжимая в руках автомат, успел повернуться к Алексу. Маккензи опередил его в действии, и противник пополнил список жертв этой холодной, бесснежной ночи.
Раненый счастливчик успел шмыгнуть в машину, завести мотор и рвануть с места. Дверь склада распахнулась, наружу выскочил взбудораженный Поли:
- Держи его, уйдёт!.. Чёрт, упустили!
На территорию склада почти сразу же вбежали стражи закона и порядка и увидели похожий на бойню двор: лужи крови и трупы четырёх мужчин.
Угрюмое лицо Поли повеселело. Он узнал в полицейских доверенных лиц. Значит, ещё не всё потеряно, дело можно уладить, хоть это и встанет в солидные отступные. Повезло, что именно эти копы дежурили сегодня на улицах Нью-Йорка в “Адской кухне”.
- Что, опять разборки? – спросил коп, разглядывая ещё тёплый труп одного из мужчин. Он подцепил тело носком ботинка и перевернул его на спину. – Первый раз его вижу.
- Мы честные предприниматели, на наш склад напали гангстеры, но никто не пострадал, ведь вы успели вовремя и вспугнули их, - развёл руками Поли.
- Ясно. Я требую больше, чем в прошлый раз, - коп хитро взглянул на Алигьери. – Праздник всё-таки.
- Без проблем, - заверил его Поли, подумав при этом: “Да чтоб ты подавился, подлюга”!
- Вот только не пришили вы случайно нашу девочку?
- Какую ещё девочку?
- С нами была стажёрка, мне показалось, что она рванула сюда, - полицейский нетерпеливо осмотрелся. – Вы её видели?
- Никого я не видел. Вы-то как всё собираетесь уладить? – Поли презрительно глянул на копов. С женщинами нельзя договориться, чего бы ты ни предложил взамен, они никогда не смогут соблюдать Омерту[1]. Хоть из каждого правила и бывают исключения, но Поли не верил, что такое возможно.
- Она ничего не скажет, девочка быстро учится. Где она?
Молчавший всё это время Алекс хриплым, будто не своим голосом, произнёс:
- Она на заднем дворе, рядом с запасным выходом.
- Жива?
- Да.
- Я вас провожу, - Поли бросил быстрый взгляд на Алекса, догадываясь, что с ним происходит. Парень побледнел, его руки слегка дрожали, и он нервно сунул их в карманы брюк.
“Молоток, сразу уронил “томми-ган”, чтобы копы не видели, что он держит оружие”, - с одобрением подумал Алигьери и повёл полицейских за собой, а те едва взглянули на Маккензи.
Тяжело жить на зарплату рядового полицейского. Закон и порядок – это хорошо, однако трудная служба подчас оценивается так задешево. Полицейские тоже люди, им хочется, чтобы их жёны имели возможность чаще ходить по магазинам, а дети получили высшее образование, чтобы стать законопослушными гражданами своей великой страны. Служители священного культа закона и порядка тоже нуждались в развлечениях. Вот некоторые и решали подработать, пользуясь своим положением, и взамен закрывали глаза на “мелкие” недоразумения. Не штрафовали за парковку в неположенном месте или подменяли “грязный жёлтый” листок, где упоминалось, сколько приводов в полицию имел преступник, на “чистый” лист честного человека. А иногда, как сегодня, в упор не замечали стычек противоборствующих преступных кланов.
Увидев вышедших из-за угла склада напарников, Сильвия взволнованно закричала:
- Билл, Рональд, что там произошло?
- Попытка вооружённого ограбления, какие-то уроды палили по складу, - ответил тот, кого звали Рональд. – Мы их спугнули.
Поли одобрительно покосился на него: “Брешет и не краснеет, молодец, сукин сын”.
- Мы уже осмотрели место происшествия, улик нет, - небрежно продолжал Рональд, сразу же оценив обстановку и поняв, что девушка вряд ли что-то видела с того места, где сейчас находилась.
- Можно мне… - начала Сильвия, но Билл, сочувственно покачав головой, перебил её: