По привычке Вараил всегда возвращался спать в дом, который стал считать своим. В конце второго дня изучения города, вернувшись домой, он застал Сурфиза.
— Видели Кадусартана? — спросил тот без прелюдий. Вообще, тритоны обходились без приветствий, они начинали диалог так, словно не расставались, не прощались и при встрече сразу говорили то, что хотели сказать.
— Я исследую город, — не понял Вараил.
— Но вы опускались к самому дну?
— Дворец царицы я видел только издали.
— Нет, еще ниже.
— А есть что-то ниже? Как будто дальше только дно.
— Вот и проверьте, — загадочно произнес тритон. — И во дворец тоже зайдите, царица желает с вами говорить.
Проснувшись, Вараил первым делом направился во дворец. Он заметил, что от него вниз также уходят жилы-щупальца, гораздо толще и длиннее остальных, но дальше определенно начиналась земля, так что загадку Сурфиза решить на ходу не удалось.
Никакой стражи у двери не было, его проникновению внутрь никто не препятствовал. Дворец царицы тритонов являлся единственным обжитым зданием в Кадусартане. Тритоны жили дольше людей, правда и четырехсотлетние старцы, такие как Сурфиз не могли предположить о его возрасте, однако неизменно называли дом царицы первым жилищем своего народа. Исстари дом занимала монаршая семья, а возглавляла его именно царица. За тысячи лет неоднократно менялись убранство и прислуга дворца, но, как и встарь не было почетней занятия, чем помощь самой царице. Слуги следили за сохранностью древних давно декоративных амфор, картин, гобеленов, статуй, оружия, монолитных каменные скамеек, шкафов полных костяных табличек. Все это и многое другое располагалось на разной высоте, приколотое к стенам или стоящее на больших каменных полочках. Три стены на многие сажени поднимались и соединялись в вышине, пол неровный, но в зале все же присутствовал. Входная дверь закрывалась плотно, так что волнение в море не могло нарушить порядка дворца. Зала оказалась столь велика, что Вараил не сразу разглядел двери на другом ее конце. Прислуги было немного, король насчитал лишь четырех девушек, плавающих вдоль помещения. Сейчас, когда царице не требовалась помощь, вся их работа сводилась к наблюдению за сохранностью реликвий. Ближе к концу залы расположился большой коралловый трон. Узор на нем расходился спиралью, которая изгибала спинку в одну сторону, ручки трона оканчивались перевернутыми раковинами с тем умыслом, чтобы монархиня могла удобно положить в них кисти. Сейчас трон пустовал. Завершалось помещение двумя дверями: костяной и губчатой. Возле каждой стояло по стражнику, тот из них, что охранял находящееся за дверью из морских губок, дал знак проходить.
Вараил оказался в небольшой отгороженной от воды комнате. Слева от него стоял длинный туалетный столик с зеркалом, занимаемый разноцветными баночками, гребнями, ножницами, маленькими хвостами рыб, по-видимому, заменяющими кисточки и прочими мелочами, справа таинственно покоился рундук. А в центре на аквамариновом кресле восседала сама царица Эгель Яхал.
Будучи в храме Предков Вараил не мог понять, каким образом тритоны могли происходить от крылатых многоруких существ. Облик царицы расставлял все на места. Эгель Яхал была крупнее любого из тритонов Кадусартана. Даже сидя она наголову превосходила высокого по меркам людей Вараила. У нее было красивое женственное лицо с большими цвета морской воды глазами без зрачков, алыми губами и яркими зелеными чешуйками на скулах, окаймленное волнистыми сине-зелеными волосами, опускающимися к длинному изумрудному хвосту, завершающемуся тонкими как перья плавниками. Но еще удивительней оказался торс царицы. Она обладала четырьмя нежными, но полными власти руками, а за спиной при дыхании Эгель развивались легкие призрачно-зеленые похожие на крылья плавники. Как и все тритоны, царица одежд не носила, ее шею украшал аквамариновый браслет, нижнюю пару рук аквамариновые, а верхнюю — коралловые браслеты, голову венчала коралловая корона с большим количеством завитков.
Пока Вараил раздумывал, как следует обращаться к царице и как ненавязчиво предложить ракушку, преодолевающую языковое непонимание, Эгель Яхал заговорила сама.
— Здравствуй, принц Тронгароса Вараил. Давно меня не посещали люди.
— Рад познакомиться с вами царица Кадусартана Эгель Яхал, — юноша слегка поклонился. — Здесь бывали и другие люди?
— Во времена моих матерей нередко. На моей памяти в последний раз человек посетил Кадусартан полвека назад.
— Вам нельзя дать полвека, — признал человек.