— Меня называют Номсахилом, хранителем библиотеки Питама. Приятно познакомиться, Вараил. Большинство наших текстов написано сироккийским, но полагаю, я знаю, чем вас заинтересовать.
Уверенным шагом он заскользил меж шкафов. Пока они шли, Вараил спросил:
— Почему все в Берхаиме круглое? Даже эти книги такие необычные.
— Наследие, — загадочно ответил архивариус, но затем пояснил. — Это обстоятельство подтверждает древность нашего народа и сопричастность с культурой альмандов, в которой господствовали круглые формы. — Внезапно он остановился, в руках его возник увесистый том. — «Наследие» Тухийн Багша, переведенное на язык пасаров. Советую начать с нее.
— Благодарю вас, — отозвался Вараил, нерешительно принимая книгу. Номсахил кивнул с улыбкой. — По правде говоря, меня интересует одна определенная вещь. — Архивариус ждал продолжения. — Как выжить на этом острове?
Улыбка Номсахила медленно угасла. Теперь его лицо выражало безнадежное разочарование.
— Так вы из числа смертников, — это был не вопрос.
— О ком вы говорите?
— Люди, порою даже альвы, цверги или фавны, вы приходите на Альмир-Азор-Агадор с единственной целью — победить Яг-Ра-Таха и подчинить себе его силу. Не стану пояснять, почему называю их смертниками.
Теперь уже разочарование посетило и Вараила. Он не избранный, лишь один из многих, кого альманд призывал сразиться. Вот только зачем это ему?
— Я думал, все альманды давно мертвы. Почему я никогда раньше о нем не слышал?
— Предположу, прежде вы не интересовались старыми тайнами.
Номсахил решительно забрал «Наследие» и вернул на место, затем провел Вараила к другому шкафу.
— «Азбука странника», — прочитал он название огромного фолианта, раскрыл и пролистал до нужной страницы. Заглавие гласило: «Последний альманд». Половину листа занимало черно-белое изображение мужской атлетической и одновременно статной фигуры. На нем были ламинарные наплечники и штаны из тонких поперечных наборных изогнутых полос, доходящие до середины голени, сегментированная юбка, сзади достигающая уровня колен, в передней части вдвое более короткая, пояс и перевязь из меленьких чешуек. Одна рука, вытянутая вперед, ладонью вверх, устремлялась к горизонту, другая прикрывала глаза. Он стоял на прямоугольном выгнутом камне, на котором художник даже изобразил письмена. Слова на камне, как и текст, идущий под картиной, были написаны по-сироккийски. Номсахил великодушно перевел:
И перешел к поясняющей части:
— «Яг-Ра-Тах, последний альманд, страж забытого царства несет дозор и после гибели своего народа. Никто не знает его истории, ибо еще никому не удавалось записать его слов. Годами стоит он недвижимо, храня мертвый град и тайну своего заточения и своей цели. Его нет среди живых, ибо альгар изгладился из памяти смертных еще до начала прописных лет. Лишь на секунды оживает он, чтобы сразить очередного храбреца, дерзнувшего бросить вызов его мастерству. Такого предположение автора этой статьи и многих ученых, ибо произнесение сакральной формулы — вызова на поединок — скрывает альманда и стяжателя славы непроницаемым для света и любого известного воздействия фиолетовым куполом площадью в тысячу саженей, но, когда купол опадает, Яг-Ра-Тах невредимый стоит в прежнем положении, а искавший битвы с ним лежит сраженный. И хотя никому еще не удалось победить альманда, сильнейшие воины Яраила продолжают пытать удачу и поныне. Если же и ты, читатель, не страшишься смерти и жаждешь разгадать тайну Яг-Ра-Таха, назовись, вложи оружие ему в руки, позови по имени и пригласи на бой».
Номсахил закончил читать и закрыл книгу, но не спешил уходить, справедливо рассудив, что у гостя имеются вопросы.
— Никому не удалось победить, — отрешенно повторил Вараил. — Тогда почему люди не теряют надежды?
— Новые люди, новые надежды.
— Я рассчитывал найти подсказки, как его победить.
— Никому не удалось одолеть альманда, быть может, это и есть подсказка.
— Не понимаю, — окончательно растерялся Вараил.
— Возможно, это означает, что Яг-Ра-Таха нельзя победить. Откажитесь от бессмысленной затеи и сохраните жизнь. Назовите это не малодушием, но здравым смыслом. Порою сложнее отказаться от попытки спасения вещей из горящего дома, чем лезть в огонь.
— Я не могу повернуть назад.
— Ваша жизнь, — Номсахил развел руками. — Но прежде чем уйти, поговорите с Пасу-Киран-Сахом, его дом у побережья в юго-западной части города легко узнать, он укрыт шкурами диких зверей.