Буря перестала. Глаза мага вернули прежний серо-голубой цвет, обрывки мыслей прекратили кружение. Дъёрхтард закрыл книгу и поднялся, на нем снова была износившаяся одежда. Но его спутники, казалось, только сейчас заметили нечто необычное и, не находя слов потрясению, молча переводили взгляд с мага на нечто позади него.
Обернувшись, маг увидел себя. В прекрасной ветреной мантии он по-прежнему сидел перед свиристящим древом и держал раскрытую книгу. Но сидящий Дъёрхтард был старше, лицо его с годами заострилось, взгляд немигающих глаз насквозь пронизывал себя молодого. Взгляд уверенного, достигшего своих целей человека. Оба молчали. Маг смотрел на постаревшего себя, и вскоре тишина стала для него невыносима, захотелось скорее убежать отсюда, от этого взгляда, от самого себя. Амутар разрушил тишину:
— Развей его, как сделал с золотом.
Сидящий Дъёрхтард перевел взгляд на говорившего. Маг не изменился в лице, но наемнику почудилась в нем насмешка или даже скрытая угроза. Амутар потупился и отошел на пару шагов.
— Кто ты? — потребовал ответа молодой маг. Постаревшая копия молчала.
— Мне кажется, это ты, — озвучил очевидное Орбод. Нетфёр хохотнул.
Но Дъёрхтард отнесся серьезно к словам наемника. Вероятно, тот и сам не понял, что сказал, но что если это правда? Что, если Дъёрхтард на самом деле это колдун, сидящий в центре янтры, а его самого, того, что пришел в склеп Нигдарабо не существует? Может он дух, или аватар этого мага, в ожидании своей частицы, тысячелетия недвижимо сидящего здесь, или даже заклинание, которое теперь за ненадобностью будет прекращено.
— Попробуй развеять, — согласился Граниш.
— Ат-ак-иб-баш.
Белый туман возник и рассеялся, маг продолжал сидеть на прежнем месте. Старик шумно вдохнул, он поднимался на ноги. Дъёрхтард ощутил, как магия этого места стекается в руки незнакомца, а его собственные руки задрожали. Сейчас старик его уничтожит! Развеет по ветру, и прах его станет волшебной пылью! Старый маг носил высокие сапоги, потому, выпрямившись, оказался даже выше себя молодого. С хлопком он закрыл книгу и вручил себе же. Затем развернулся, шагнул прочь, громко лязгнув каблуком сапога, и растаял в небесном плаще.
Все облегченно выдохнули.
— Я почти испугался, — с бравадой заявил Нетфёр.
Дъёрхтард погрузился в хитросплетения письмен второй книги.
— Обрыв, равнина, корабль с развивающимся парусом, человек с пышными усами и крупным носом, дом в болоте на сваях, — описал маг увиденные образы.
— Я тоже, когда наберусь, вижу всякое разное и вперемежку и связи никакой, — со знанием дела заявил Нетфёр.
— Связь должна быть, — возразил Граниш.
— Какая? — вопрос бывшего моряка оставили без ответа.
— Можешь повторить стих? — продолжил поиски разгадок цверг. Дъёрхтард повторил. — Какие-нибудь образы совпадают с теми, что ты видел сейчас? — Маг отрицательно покачал головой.
— Мне это больше напоминает начало истории, написанной на золотой двери.
Но теперь Граниш не согласился. Тремя пальцами он взял первую найденную книгу и многозначительно посмотрел на мага.
— Точно, — обрадовался внезапному открытию Дъёрхтард, но вместе с тем смутился собственному разуму стоячей воды. Он никогда не учился в академии магов, но предположил, так чувствует себя неофит, когда прикасается к мастерству наставника и осознает собственное невежество.
— Это еще что? — сузив глаза, процедил Итирон. В полу, на месте где только что сидели оба мага, появился квадратный голубой люк.
— Похоже на трюм! — воодушевился Нетфёр. Он не умел читать, это сделал Итирон:
— «Я повстречал первую в роду женщин. Красавицу сватали Громозвучному, дабы навеки скрепить союз двух семей».
Итирон потянул кольцо и люк приподнялся. Из отверстия в полу хлынула вода. Товарищи попытались помочь, но сила потока была такова, что сбивала с ног. Помещение быстро заполнялось водой.