– Роберт? Ты ведь знаешь, что он умен, да и подчиняться способен. Он сделает то, что я ему скажу, и не будет задавать лишних вопросов.
– Ты еще в детстве лучше всех управлялся с ниточками кукол-марионеток, которых нам дарили на Рождество.
– Управляться с ниточками, манипулируя людьми, намного сложнее.
– Только не для тебя. Так или иначе, наступил момент, когда нужно, наконец, расставить точки над «i». A как там Альфред? Он с тобой не связывался?
– Нет, не связывался.
– Надо бы с ним поговорить.
– Поговорим, хотя это бесполезно. Он хочет разыграть свою партию, и мы, конечно же, с этим согласиться не можем. Однако у нас пока нет возможности что-либо предпринять, кроме как установить слежку за его внучкой. Нельзя допустить, чтобы ей в результате досталось то, что должно принадлежать нам.
– Ты прав, хотя мне и не нравится, что нам придется вступить в конфликт с Альфредом. Должен же быть какой-то способ его уговорить.
– По прошествии стольких лет он решил выступить с сольной партией. С его стороны это предательство.
– И все же с ним нужно договориться. По крайней мере, попытаться.
Едва он положил телефонную трубку, как его внимание привлек звук чьих-то поспешных шагов. В комнату, словно ураган ворвался высокий, стройный и симпатичный молодой человек одетый в костюм для верховой езды.
– Привет, дедушка. Ух, я весь вспотел!
– Не сомневаюсь. Мне кажется, что это не очень умная затея – заниматься верховой ездой в такую жару.
– Альваро пригласил меня взглянуть на бычков, которых он купил.
– Надеюсь, вы не стали с ним заниматься конной корридой и колоть этих бычков деревянными копьями?
– Нет, дедушка, я ведь тебе обещал, что не буду этого делать.
– Как будто ты выполняешь свои обещания… А где сейчас твой отец?
– В кабинете.
– Ты дашь мне возможность поработать?
– Дедушка, ты уже вышел из того возраста, когда надо работать! Оставь свои дела, и пойдем пообедаем в клубе.
– Ты прекрасно знаешь, что я ненавижу тех, кто вечно торчит в этом клубе.
– Да ты и всю Севилью ненавидишь. Не ходишь ни на какие приемы. Бабушка права: ты – очень скучный человек.
– Бабушка всегда права. Да, я скучный человек, однако и мне наскучили все эти люди.
– Это все оттого, что у тебя английское воспитание.
– Пусть даже и так, только оставь меня в покое, мне нужно кое о чем подумать. А где твоя сестра?
– Она уехала в Марбелью. Ее пригласил кто-то из семейства Коль.
– Уехала и со мной даже не попрощалась… Ваши манеры ухудшаются день ото дня.
– Да ладно, дедушка, не будь таким дремучим! Кроме того, Елене не нравится жить за городом. Только тебе, папе и мне нравится здесь, в загородной усадьбе, а бабушке, маме и Елене – нет. Они тут задыхаются среди огромного количества быков и лошадей. Так ты идешь в клуб или нет?
– Я остаюсь здесь. У меня нет никакого желания выходить из доме в такую жару.
Когда старик остался один, он вздохнул и улыбнулся. Его внук был неплохим парнем. Во всяком случае, не таким непоследовательным, как внучка. Что ему не нравилось в них обоих, – так это чрезмерное увлечение светской жизнью. Он в течение всей своей жизни предпочитал поменьше общаться с посторонними людьми. Его жена, Росио, стала для него настоящим подарком судьбы. Они познакомились совершенно случайно, влюбились друг в друга, и Росио настояла на том, чтобы они поженились. Ее отец поначалу противился, а затем понял, что этого не избежать, к тому же у его будущего зятя была неплохая репутация. В общем, Энрике женился на дочери представителя режима Франко в этой провинции, разбогатевшего в послевоенные годы благодаря всевозможным спекуляциям. Тесть взял его в свой бизнес, а чуть позже Энрике занялся импортно-экспортными операциями и со временем стал очень богатым человеком. Однако Энрике Гомес Томсон всегда предпочитал действовать очень осмотрительно и привлекать к себе не больше внимания, чем действительно было необходимо. Он был главой респектабельной севильской семьи, которая имела хорошие связи, пользовалась авторитетом, а члены этой семьи никогда не давали повода для сплетен.
Энрике всегда испытывал благодарность к своей жене. И в самом деле, без нее он не смог бы добиться такого успеха.
Он подумал о Франке и Джордже. Им тоже повезло в жизни, хотя, в общем-то, судьба явно не баловала их, не преподносила нежданных подарков. Просто они были умнее других людей и многого добились.
Роберт Браун с размаху ударил кулаком по столу и тут же почувствовал острую боль в руке. Он уже больше часа сидел у телефона. Сначала ему позвонил Ральф и рассказал о выступлении Клары Танненберг на конгрессе, после чего у Роберта даже разболелся живот. Затем Роберту пришлось поставить в известность о произошедшем своего «покровителя» – Джорджа Вагнера – и выслушать от него упреки в том, что он не сумел помешать выступлению этой девчонки на конгрессе.