Однако для реализации идей своих соратников Иву Пико нужно было прежде всего уговорить Ахмеда похлопотать о разрешении на вывоз найденных археологических сокровищ из Ирака. Он уже предвидел, что сделать это будет очень трудно, потому что обнаруженные предметы являлись частью национального культурного наследия Ирака, и в сложившейся обстановке ни один чиновник правительства Саддама Хусейна не решился бы дать согласия на вывоз даже кусочка глины для экспонирования в странах, которые собирались объявить Ираку войну.
Пико подумал, что, возможно, Альфред Танненберг согласится использовать личные связи для того, чтобы убедить Саддама разрешить временно вывезти найденные предметы. Ив готов был подписать какой угодно документ, подтверждающий, что все эти предметы являются и всегда будут являться собственностью Ирака и что они обязательно будут возвращены в эту страну. Было очевидно, что с точки зрения Альфреда Танненберга – так же как и его внучки – цель экспедиции не была достигнута: «Глиняную Библию» археологи так и не нашли. Поэтому было вполне вероятным, что Танненберг откажется им помогать и попытается заставить их продолжать раскопки, хотя, конечно, только безумец мог бы согласиться проводить археологические раскопки в стране, в которой вот-вот начнется война.
После того как участники экспедиции поужинали и большинство из них разбрелись по своим жилищам, Пико, Марта и Фабиан предложили Лайону Дойлю и Джиану Марии пойти вместе с ними на встречу с Ахмедом и Кларой.
Пико испытывал симпатию к священнику, да и Лайон Дойль ему тоже нравился: фотограф неизменно пребывал в хорошем настроении и всегда был готов помочь тем, кто в этом нуждался. Кроме того, он был очень умен, а это качество Пико ценил в людях больше всего.
Иву показалось, что Клара нервничает, а мысли ее витают где-то далеко. Да и Ахмед держался несколько скованно. Пико догадался, что между ними произошла размолвка, но они, конечно же, старались не показывать этого своим собеседникам – по сути дела, совершенно чужим для них людям.
– Ахмед, нам хотелось бы узнать ваше мнение о складывающейся сейчас ситуации. По мнению приезжавших сюда журналистов, вот-вот начнется война.
Ахмед не сразу ответил на вопрос Пико: он прикурил египетскую сигарету, выдохнул табачный дым, с улыбкой посмотрел на француза и лишь затем стал ему отвечать.
– Нам и самим хотелось бы знать, действительно ли на нас нападут, и, самое главное, если нападут, то когда.
– Это все отговорки, Ахмед, а вопрос ведь серьезный, – сказал Ив, и в его тоне чувствовалось раздражение. – Скажите мне, когда, по вашему мнению, нам следует отсюда уехать и есть ли у вас план нашей эвакуации на случай внезапного нападения на Ирак.
Насколько нам известно, некоторые страны сейчас принимают все возможные меры для того, чтобы не допустить развязывания этого военного конфликта. Однако, друзья мои, я не в состоянии вам сказать, получится ли у них что-нибудь или нет. Что Касается вас… Видите ли, я не могу решать, как вам сейчас следует поступить. Вам известна сложившаяся политическая ситуация также хорошо, как и мне. Возможно, это покажется вам неправдоподобным, но у нас нет других сведений, кроме тех, что, по всей видимости, известны и вам. Я имею в виду сообщения, которые публикуются в западных средствах массовой информации. Я не могу утверждать, что война обязательно начнется, но и отрицать этого я тоже не могу. С моей точки зрения, Буш, конечно же, зашел уже слишком далеко, и поэтому… В общем, на мой неискушенный взгляд, более вероятно, что война все-таки начнется. Что касается конкретной даты… Все будет зависеть от того, к какому времени американцы почувствуют, что у них все готово.
Ив и Фабиан переглянулись, и по выражению их лиц стадо ясно, что они разочарованы словами Ахмеда. Они не узнавали в сидевшем перед ними циничном и изворотливом человеке того толкового и грамотного археолога, с которым они познакомились несколько месяцев назад. Было очевидно, что Ахмед попросту пытается водить их за нос.
– Не пытайтесь ходить вокруг да около, – возмущенно сказал Пико. – Скажите мне, когда именно, по вашему мнению нам следует отсюда уехать.
– Если вы выразите желание уехать отсюда прямо сейчас, я конечно же, сделаю все необходимое для того, чтобы вы могли покинуть Ирак как можно скорее.
– А что будет в том случае, если война начнется, скажем, уже этой ночью? – спросил Фабиан. – Кто нас отсюда вывезет?