– Где же Айед Сахади? Почему он так и не вернулся сюда? – мучилась неизвестностью Клара.
Джиан Мария ничего не мог ей ответить. Он уже несколько раз пытался позвонить по известным ему телефонным номерам Айеда Сахади. Поначалу ему отвечал какой-то незнакомый мужчина с нервно подрагивающим голосом, а в последние дни вообще никто не брал трубку.
– Он меня предал?
– Если бы он это сделал, нас уже схватили бы, – возразил Джиан Мария.
– Тогда почему он до сих пор не пришел или не прислал какую-нибудь весточку?
– У него, наверное, не было такой возможности. Полковник, видимо, приказал следить за ним.
Как-то вечером Джиан Мария вернулся в номер в сопровождении Миранды.
– Ваш друг хорват все время про вас расспрашивает, – сказала Миранда Кларе.
– Я знаю, однако Айед Сахади посоветовал мне остерегаться хорвата. Сахади ему не доверяет.
– Он уже знает, что вы находитесь здесь, – заявила журналистка. – Это было невозможно скрыть.
– А кто ему об этом рассказал? – спросила Клара.
Дело в том, что в отеле полно иракцев. Некоторые из моих коллег приютили здесь своих переводчиков, другие – своих друзей, да и служащие отеля привели сюда своих родственников, понимая, что здесь у них больше шансов выжить. Американцы и англичане ведь знают, что мы, иностранные журналисты, проживаем почти все именно в этом отеле. Поэтому обслуга отеля и не удивлялась тому, что здесь находитесь и вы. Джиану Марии не было необходимости раздавать чаевые налево и направо, чтобы служащие делали вид, что не замечают вас и Фатиму. Однако рано или поздно ваш друг Анте Пласкич все равно узнал бы о вашем местонахождении. Он только что подходил ко мне и спрашивал про вас, и когда я ему ответила, что ничего про вас не знаю, он пробурчал, что, насколько ему известно, вы находитесь здесь и скрываетесь в комнате Джиана Марии. Я ему соврала – сказала, что Джиан Мария приютил нескольких своих знакомых, но Пласкич мне, скорее всего, не поверил, да и я бы на его месте тоже не поверила. Я пришла, чтобы предупредить вас, что вы должны быть осторожными.
– А как нам, по вашему мнению, следует поступить? – спросил Джиан Мария Миранду.
– Не знаю. Я просто хотела вас предупредить. Мне непонятно, почему вы опасаетесь Пласкича. Как бы то ни было, он очень хочет вас увидеть, а потому в любой момент может прийти сюда, чтобы удостовериться, не наврала ли я ему и действительно ли в этой комнате находятся какие-то незнакомые ему люди или же здесь все-таки прячется Клара.
– Значит, мне нужно отсюда уйти, – сказала Клара.
– Но ты не можешь уйти! Тебя схватят! – испуганно воскликнул Джиан Мария.
– Мне все это уже надоело! – крикнула Клара.
– Успокойтесь! – вмешалась Миранда. – Если вы впадете в истерику, это ни к чему хорошему не приведет.
– Позвольте ей укрыться в вашем номере, – стал умолять Джиан Мария Миранду.
– Нет. Извините, но я вам уже сказала, что не стану соучастницей преступления.
– Но мы не совершили ничего предосудительного, возразил Джиан Мария.
– Вы совершили кражу, – безапелляционным тоном заявила Миранда.
– Я не совершала никакой кражи! Проведение раскопок было оплачено профессором Пико и моим дедушкой, однако большую часть расходов, да и вообще практически организацию раскопок, взял на себя мой дедушка. Я уже вам говорила, что верну эти таблички, когда здесь нормализуется обстановка. Куда, по-вашему, я должна их отнести? Джиан Мария мне сказал, что, как утверждают журналисты, Национальный музей ограблен. Так кому мне передать эти таблички? Саддаму Хусейну?
Миранда молчала, размышляя над словами Клары.
– Ну хорошо. Идите в мой номер, но вы там будете находиться только до тех пор, пока ваш друг хорват не убедится, что вас в этой комнате нет. Возьмите вот этот ключ и поднимайтесь наверх, а я пойду по своим делам. Меня ждут мои коллеги. Не знаю, правда это или нет, но говорят, что американские подразделения уже появились в некоторых окраинных районах Багдада. Если это так, они в любой момент могут нагрянуть в центр города.
– Будьте осторожнее, – попросил Миранду Джиан Мария. Миранда благодарно улыбнулась и, не попрощавшись, вышла из комнаты.
Когда журналистка через несколько часов вернулась в отель, Клара и Фатима сидели на кровати в ее номере.
– В городе уже начали валить наземь статуи вашего друга Саддама, – сказала Миранда вместо приветствия.
– Кто начал? – поинтересовалась Клара.
– Иракцы.
– Им за это заплатили, – заявила Клара, а Фатима начала плакать.