– Когда прибудет посылка?
– Она уже в пути, прибудет завтра.
Больше Джордж Вагнер не стал ни о чем расспрашивать. Энрике Гомес и Франк Душ Сантуш тоже не особо переживали по поводу смерти Клары. Им было все равно, тем более что они не имели к этому убийству никакого отношения.
Единственной их заботой теперь стала организация продажи предметов, похищенных их людьми из иракских музеев. Джордж предложил своим друзьям срочно собраться всем вместе, чтобы поднять бокалы за успех проведенной операции и за то, что им наконец-то удалось заполучить «Глиняную Библию». Ему очень хотелось подержать в руках это сокровище, прежде чем его передадут покупателю.
Лайон Дойль позвонил Тому Мартину из телефонной будки.
– Клару Танненберг убили, – сообщил Лайон.
– И что?
– Я не знаю, кто это сделал, – огорченно сказал Лайон.
– Приезжай сюда, нам нужно поговорить.
– Я приеду завтра.
Ив Пико ходил взад-вперед по приемному покою больницы, будучи не в силах произнести ни слова. Миранда, Фабиан и Марта тоже не испытывали особого желания разговаривать, а Джиан Мария был способен только плакать.
Не только они, но и два инспектора полиции находились здесь в ожидании результатов вскрытия. Инспектор Гарсиа попросил их – как только будут готовы результаты вскрытия – проследовать с ним в комиссариат, чтобы помочь разобраться в происшедшем.
Наконец из помещения, в котором производилось вскрытие трупа Клары, вышел судебный врач.
– Здесь есть родственники госпожи Танненберг?
Ив и Фабиан переглянулись, не зная, что и ответить, а Марта не растерялась:
– Мы – ее друзья, больше у нее здесь никого нет. Мы пытались связаться с ее мужем, но пока нам не удалось его найти.
– Понятно. Госпожу Танненберг убили каким-то колющим предметом – может, стилетом, но очень-очень тонким, а может, длинным шилом… В общем, чем-то очень тонким и длинным, причем ударили ее прямо в сердце. Мне ее искренне жаль.
Врач сообщил им еще кое-какие подробности по поводу результатов вскрытия, а затем передал письменное медицинское заключение инспектору Гарсиа.
– Инспектор, я еще некоторое время буду находиться здесь. Если потребуются еще какие-то разъяснения, позвоните мне.
Инспектор Гарсиа – человек средних лет – кивнул. Данное дело было, пожалуй, более запутанным, чем казалось на первый взгляд, а от инспектора требовали как можно быстрее во всем разобраться. В министерство постоянно звонили журналисты, пытавшиеся получить хоть какую-то информацию. Произошедший инцидент был как нельзя более скандальным: иракскую женщину-археолога убивают в археологическом музее Мадрида во время торжественного открытия организованной ею выставки, на которую приехали политические деятели и именитые ученые. Именно на открытии этой выставки предполагалось представить вниманию общественности сенсационную археологическую находку. Более того, эту находку увели прямо из-под носа у двухсот приглашенных гостей, в том числе вице-президента и двух министров.
Инспектор мысленно представил себе, какими будут заголовки завтрашних газет, причем не только испанских: известие об этом чрезвычайном происшествии эхом разлетится по средствам массовой информации всего мира. Ему уже позвонили несколько его начальников, интересовавшихся, не обнаружил ли он следов убийцы и, главное, не удалось ли ему выяснить мотив этого преступления, которое, как им казалось, было связано с похищением таинственной археологической находки. Вице-президент в категорической форме потребовал, чтобы это дело расследовали в кратчайшие сроки.
Именно этим сейчас и собирался заняться инспектор, решивший допросить друзей убитой женщины-археолога.
В комиссариате было жарко, а потому Гарсиа, пригласив Пико и его коллег присесть, открыл окно, чтобы впустить немного свежего воздуха.
Пришедший в комиссариат вместе с друзьями убитой молодой священник выглядел очень подавленным, непрерывно плакал и все время держался ближе к Марте. Он был похож на перепуганного ребенка.
Эта ночь обещала быть долгой, потому что всех приглашенных в качестве свидетелей должен был допросить полицейский, пытающийся найти ответ на два вопроса: кто и почему убил Клару Танненберг?
Помощник инспектора не стал выключать стоявший в кабинете телевизор, и как раз в этот момент начался девятичасовой выпуск новостей. Все присутствующие замолчали, уставившись на экран, где перед их глазами снова разворачивались события сегодняшнего дня, который они не забудут до конца своей жизни.