На следующий день Ив проснулся раньше, чем Фабиан, подумав при этом, что его друг, наверное, все еще дрыхнет в объятиях девушки, которую они встретили в последнем баре и с которой у Фабиана, по-видимому, были какие-то отношения. У этой девушки оказался чертовски вспыльчивый характер: она тут же с размаху дала пощечину Фабиану за то, что тот не позвонил ей прошлым вечером, хотя и обещал. Впрочем, ее все же удалось угомонить, и сейчас она, наверно, посапывала в постели рядом с Фабианом.
Приезжая в Мадрид, Пико всегда останавливался в доме Фабиана. С балкона открывалась прекрасная панорама черепичных крыш города. В доме имелась комната для гостей на тот случай, если кто-нибудь из друзей Фабиана заедет его навестить. Ив считал эту комнату в какой-то степени своей, потому что, как только у него появлялась возможность, он неизменно приезжал в Мадрид – этот открытый для всех веселый город, где тебя никто не спрашивал ни откуда ты приехал, ни куда направляешься.
Пико уселся за стол в кабинете своего друга и попытался позвонить в Ирак. Через некоторое время его соединили с Ахмедом Хусейни.
– Ахмед?
– Кто это?
– Пико.
– А-а, Пико! Как дела?
– Я решил проводить раскопки. Поэтому мне хотелось бы, чтобы вы, со своей стороны, уже начали подготовку, потому что у нас очень мало времени. Я сейчас перечислю, что от вас требуется. Если из всего этого вы что-то не в состоянии сделать, сразу мне об этом скажите.
В течение получаса они разговаривали обо всем том, что было необходимо для организации раскопок. Ахмед не стал кривить душой и откровенно говорил, что он сможет сделать, находясь в Ираке, а что – нет. Однако он очень удивил Пико, когда заявил о своем намерении частично профинансировать проведение раскопок.
– Вы хотите потратить на это деньги?
– Не просто потратить деньги, а взять на себя большую часть расходов. Мы профинансируем работу археологической экспедиции, а вы предоставите специалистов и оборудование. Таковы наши условия.
– А где вы возьмете столько денег, если это не секрет?
– Да мы тут решили поднатужиться, потому что эта экспедиция имеет для Ирака огромное значение.
– Ой, Ахмед, что-то я в это не верю!
– А вы поверьте.
– Интуиция мне подсказывает, что ваш правитель Саддам вряд ли в нынешней ситуации согласится потратить хотя бы доллар на поиски каких-то там глиняных табличек, какое бы большое значение они ни имели. Я хочу знать, чьи это будут деньги, в противном случае я никуда не поеду.
– Часть денег выделит наше министерство, а часть – Клара. У нее немалое состояние, унаследованное от родителей. Она была единственным ребенком в семье.
– Тогда мне и вашей супруге еще предстоит решить, кому достанется «Глиняная Библия», если мы ее найдем.
– Вы должны понимать, что если мы найдем «Глиняную Библию», то она достанется Кларе. Это не обсуждается. Именно она первой узнала о ее существовании, именно у нее находятся две найденные таблички и именно она хочет потратить на проведение раскопок необходимые средства – сколько бы их ни потребовалось.
– Мне кажется, что довольно цинично вкладывать деньги в проведение раскопок, учитывая положение, в котором находится ваша страна.
– Господин Пико, речь сейчас вдет не о том, и не стоит давать оценку моральным качествам кого бы то ни было. Мы не пытаемся судить вас, а вы, в свою очередь, не делайте этого и в отношении нас. «Глиняная Библия» принадлежит Кларе, однако вы впоследствии сможете смело заявлять, что она была найдена в том числе и вами, в ходе совместной археологической экспедиции. Между прочим, все присутствовавшие на конгрессе в Риме археологи слышали, что именно Клара первая сообщила об этих табличках.
– Ого! Похоже, вы начинаете ставить мне условия! А ведь без моего участия эта экспедиция просто не состоится.
– Без нашего участия – тоже.
– Но ведь я могу подождать, когда повалят Саддама, и затем…
– Затем уже ничего не будет.
– Меня удивляет то, что вы не ставили мне эти условия, когда я был в Ираке.
– По правде говоря, я не очень-то верил, что вы согласитесь проводить раскопки.
– Ну ладно. Нам, видимо, нужно составить контракт, в котором были бы четко оговорены обязательства и права сторон-участников.
– Хорошая мысль. Его составите вы, или я сам его составлю и затем пришлю вам для согласования?
– Составьте его сами, а я потом скажу, какие нужно внести изменения. Когда вы мне его пришлете?
– Может, завтра?
– Нет, так не годится. Пришлите мне его через четверть часа по электронной почте, адрес я вам сейчас назову. Или мы договоримся обо всем прямо сейчас, или поставим на этом деле точку.