— Работаешь, стараешься!..
Дядя Саня опешил.
— Да нет, Нюрка, ей богу, не ходил, не мог я, потому как…
Он не докончил фразы. Быстро прошелся вдоль следов до стены, а затем почти бегом вернулся и взял Нюру за руку.
— А вот и не я. Докажу я сейчас тебе, что это был не я.
Нюра вытерла глаза и недоверчиво взглянула на водопроводчика.
— Так уж и докажешь! Все равно заставлю сызнова натирать.
— Гляди! — радостно воскликнул дядя Саня. — Вот один шаг, так? Вот второй. Вот третий! Идем. Опять шаг. Опять. И еще один. Так. Ну вот, все.
— Что — все? — спросила Нюра, когда они уперлись лицом прямо в белую стенку.
— Все! — торжествующе произнес Саня. — Не я тут был. Я так не хожу.
— Как это не ходишь?
— А очень просто. Говоришь, я ходил? Хорошо. Дошел я до этой стенки. А дальше.
Нюра непонимающе таращила глаза на водопроводчика.
— Что — дальше?
— А вот я тебя и спрашиваю, что дальше‑то было? Я, значит, дошел до этой стенки. А что было дальше?
Тетя Нюра медленно опустила голову и внимательно посмотрела на паркет. Следы кончались у стены, причем последний отпечаток остался на блестящем воске только наполовину. Вторая половина ушла в стенку. Женщина глянула вокруг.
— Соображаешь? — весело спросил дядя Саня. — Если это был я, то где я шел обратно, а?
— Правда… — пролепетала обезоруженная тетя Нюра. — И впрямь, не ходил обратно…
— Как же я мог идти только сюда? Значит, я здесь бы и остался? А где ты меня нашла? В дежурке. Вот покажи, как я вышел, так тогда я сызнова натру паркет.
Тетя Нюра на цыпочках прошла след, осмотрела весь зал и затем виновато улыбнулась.
— Ошиблась я, глупая. Конечно, не ты. Наверное какой‑то другой идол… Ведь лазают здесь всякие…
— То‑то! — победно воскликнул дядя Саня и вышел из танцевального зала.
Тетя Нюра продолжает натирать паркет в клубе, а дядя Саня давным–давно не водопроводчик. Он окончил полную среднюю школу для взрослых и в 38 лет сдал экзамены на аттестат зрелости. Вместе со своей семьей он переехал в другое село, где устроился работать библиотекарем.
Нужно отдать должное дяде Сане. Как бы желая наверстать упущенное, он начал запоем читать книжки — самые различные, без всякой системы, просто так, чтобы побольше прочитать. Он прочитывал все приходившие в библиотеку журналы, читал справочники, энциклопедию и антирелигиозные брошюры. Его особой страстью стали научно–популярные книжки. Благодаря им он вскоре приобщился к научным знаниям и оказался в курсе всех самых современных идей физики, химии, биологии и астрономии. Один из немногих в районе он знал, что такое антимир, и рассказывал об этом антимире деревенским старухам такое, от чего они не переставали креститься. Справедливости ради нужно заметить, что многие теории и гипотезы дядя Саня выдумал вполне самостоятельно, хотя, рассказывая о них, всегда ссылался на имена великих ученых.
Однажды, увлекшись рассказами об антимире и о прочих таинственных вещах, происходящих в мире, дядя Саня произнес нечто такое:
— И вот мы с вами здесь живем, а рядом с нами, и даже, может быть, в каждом из нас есть наш двойник, и у этих двойников свой мир, подобный нашему, но мы их не видим, а они — нас. Так и ходим по парочке, совершенно одинаковые и невидимые…
В этом месте дядя Саня запнулся. Он просто остолбенел, одеревенел, застыл, будто его хватил паралич.
— А как же стало известно, что есть этот невидимый антимир, если его никто никогда не видел? — спросила одна женщина.
Но дядя Саня ее не слушал. Он медленно поднялся с заваленки и пошел, как в трансе.
— Доучился бедняга, — сказал кто‑то сочувственно ему вслед.
Рано утром следующего дня дядя Саня был в том самом клубе, где когда‑то кто‑то оставил следы на паркете.
— Ты, говорят, теперь образованный, лекции читаешь, — кокетливо встретила его тетя Нюра.
— Не за этим я сюда приехал, — отмахнулся от нее Саня. — Помнишь, как ты на меня напустилась за следы на паркете?
Нюра задумалась и вспомнила.
— Ты уж извини меня за то. Давно это было, а я, кажется, тогда напрасно…
— Нет, ты погоди. Постарайся вспомнить точно все, как было.
— Ну, как было. Захожу утром в залу, а на паркете следы.
— А ну, покажи, где они были…
Паркетный пол теперь был не таким блестящим, как раньше, и тетя Нюра смогла показать место, где были следы, лишь весьма приблизительно.
— А ты помнишь, где эти следы кончались? — допытывался дядя Саня.
— Как же, помню. Прямо в стенку упирались…
— Вот в этом все дело! — воскликнул дядя Саня. — Пришельцы из антимира.