Где приложить природный свой талант?
Нас ждут забитые сартиры,
Вот он – свободы чистый бриллиант!
Что скажешь ты?
К у з я:
Пробраться в цирк хотя бы.
Б а с я н я:
В нём псы вертлявей нас в сто крат.
С бомжами псиными за корку хлеба драться?
К у з я:
Клыки их крепче наших брат. (Кузя воет.)
Б а с я н я:
Куда бы, Кузя, нам податься?–
В ночные клубы – царствует разврат.
За воровство не стоит браться –
Поймает сразу опытный сержант…
Свобода – хуже заключенья!
Вот что в моей гуляет голове.
(Кузя воет).
П р а х а н я (подходят с Чириком к дереву, слушают монолог, восклицают). Эй! Кому тут свобода мешает!?
Б а с я н я (безразлично). Нам, кому же ещё. Не знаем, что с ней делать? Не разобраться.
П р а х а н я. Давайте вместе подумаем попутчики.
Б а с я н я. Откуда ты знаешь, что мы тебе попутчики? Мы ведь стоим на месте?
Ч и р и к. А потому, что ни тебе, ни твоему псу, судя по монологу, идти некуда, потому и попутчики, идёте куда ноги несут. Так и мы идём туда, куда ноги несут, вот и попутчики.
Б а с я н я. А вы кто такие? Куда путь держите?
П р а х а н я. В город идём. Там, говорят, скоро будет большая игрушечная ярмарка?
Б а с я н я (приглядывается к Прахане). На торговцев не похожи, да и в одежде сейчас такой не ходят, разве что на концертах можно увидеть.
П р а х а н я. Верно подметил, мы действительно не торговцы, но к игрушкам отношение имеем самое непосредственное.
Б а с я н я. Не пойму я вас что-то. Говорите прямо и понятно без намёков.
Ч и р и к. Куда же прямее, разуй глаза. Разве не видишь, что перед тобой стоит самая настоящая глиняная игрушка.
Б а с я н я (разглядывает Праханю, скребёт глину, пробует на язык). Точно, глина. Где же таких молодцев лепят, что от человека не отличить? У нас в городе всё больше коричневатые и полностью покрашенные, и рисунков таких нет на одежде: вдавленные круги, треугольнички, звёздочки, одна геометрия. Лицом же – точно человек.
П р а х а н я. Я из Саратова. А потому меня трудно от человека отличить, что слеплен я из бело-серой глины с добавлением коричневой, потому и лицом такой, что и человек. Это не моя заслуга, просто у нас глины в Саратове такие. Игрушечница специально коричневой добавила. Эта смесь наиболее крепкая.
Б а с я н я. Тебя что, если стукнуть, то тебе и ничего?
П р а х а н я. Если не дубиной, то и ничего.
Б а с я н я. Можно попробовать?
П р а х а н я (весело). Стукни, если кулака не жалко. (Басяня бьёт Праханю в грудь, хватается за кисть, охает, дует на пальцы.)
Б а с я н я (постанывая). Точно из глины, а лицом от человека не отличить… Это хорошо, что ты не кичишься ни крепостью, ни похожестью. Мне это нравится. Не люблю задавал. А чего так далеко утопали, у вас там, что поблизости ярмарок нет?
П р а х а н я. Ярмарки есть и игрушек много, только всё не наши, не из глины, как бы не настоящие. Навезли откуда-то, то ли из Японии, то ли из Китая. Их столько, что даже на рынке встать – места нет. Наши игрушечники совсем свою, глиняную, перестали лепить. Думал, что это только у нас засилье иноземщины, а куда не посмотрю – везде такое же творится. Моя мастерица, тётя Маруся, лепить бросила, не выгодно, покемонов теперь продаёт… Вот я походил, посмотрел и решил за игрушечное счастье бороться.
Б а с я н я (удивлённо). Вон оно что-о?
П р а х а н я. А у вас как?
Б а с я н я. А у нас и того хуже. (Машет безнадёжно рукой.) Мы идём из этого самого города, куда вы направляетесь. И с этой проблемой знакомы не понаслышке. Моя мать с подругами работает в мастерской по производству глиняных игрушек.
П р а х а н я. Вот чудеса. Чего же ты из такого города топаешь? Мы – то, думаем что тут рай для глиняных игрушек!?
Б а с я н я. Был рай, да весь вышел. Игрушки лепим, но игрушки игрушкам – большая рознь. Заставляет хозяин лепить мерзкие рожи, зубастиков всяких, а то, что всегда лепили – под запретом. Эти зубастики уже мастерам начинают указывать. Жена Шишкаря – Щепка, совсем заедает. Чуть, что штрафы. Мы даже прокормиться не можем. А как прокормишься, когда у людей механизация, а у нас… (Ударяет кепкой о землю.) Глину Гришка ногами мнёт, а сторож в рельс железным прутом стучит, время показывает. У них, дочка есть, ещё хуже матери, чуть что подсмотрит и доложит. За датского принца замуж хочет выйти. Помешалась на Дании. Телевизионных передач насмотрится вот и глюки в голове появляются. Европа ей во сне снится.
П р а х а н я. Да, дела-а… Это у них от лишних денег такое происходит, или от желания их иметь… А что же ты?
Б а с я н я. А, я на заработки иду, хоть себя прокормить, да может быть удастся матери помочь. У неё ведь кроме меня ещё двое, а отца нет. Юля игрушки раскрашивает в мастерской, изумительно, просто чудеса творит. Только на это время надо, чтоб ручной росписью заниматься, а хозяину количество дешёвое нужно. Юля мяльщика Гришу любит, а Шишкарь его с работы почти турнул. Я виноват (сплёвывает). Я часы подвёл, а Гриша на себя взял. Шишкарь кричит «Вон!», а Шишкарихе не хочется Гришку отпускать, больно уж глиномял хороший. Чем дело кончится неизвестно, Гриша работу собрался искать, только, я думаю, Шишкариха мужа умаслит и Гришу на время оставят. Шишкарь, хоть и пыжится, а верховодит жена.