Я увидела Его.
Бездна... Нехило меня приложило, что такое мерещится. Люди не бывают такими красивыми. Наверное, я все же окочурилась. Мы все в раю, и это главный ангел.
Он был этюдом, выполненным всего двумя цветами: вселенским мраком и холодным светом. Его волосы, чернее самой ночи, ниспадали тяжелыми, шелковистыми прядями, обрамляя лицо, чья бледность казалась почти неземной. Это была не бледность болезни, а чистое сияние полированного алебастра, не тронутого ни солнцем, ни временем. Он был не просто красив – он был воплощением мрачного, готического совершенства, ожившей статуей из забытого склепа, чья красота была так же холодна и опасна, как лезвие ритуального ножа.
«Але! Блаженная! – не знаю, где мое альтер эго достало рупор, но орало оно так, что я поморщилась. – У этого совершенства клыки, что твои кинжалы! Хорош залипать, приди в себя, жертва союза гормонов и сотряса!»
– Ну... – неуверенно начала Катарина, сбилась, откашлялась и закончила уже более уверенно: – Мы, наверное, пойдем. У меня еще долг клятвы на сегодня...
– Идите, – прошелестел голос незнакомца. – И не советую покидать свои резиденции в ближайшие сутки. Я навещу вас позднее. Настоятельно не рекомендую потратить мое время впустую.
– Конечно, Андрас, мы уже нагулялись, спасибо... – Фло нервно икнула и покосилась на меня. – Ну... О тебе теперь позаботятся. Скоро увидимся, спасительница.
– Дай знать, как придешь в себя, и не волнуйся, я все исполню, как договаривались.
Я кивнула Кэт с благодарностью, отчего зрение расфокусировалось и слегка замутило.
Я совершенно не понимала, что происходит, но сквозь туман боли и дезориентации пробилась волна чистого, почти физического облегчения. Ник получит шкатулку. Все было не зря.
Лиз ничего не сказала, молча развернувшись и с видом царствующей императрицы направившись прочь. Через пару минут троица скрылась за поворотом аллеи. Я в каком-то саду? Почему небо красное? Бестию убили?
Тело прошиб холодный пот. Это... магополис? Я за барьером? Я почему-то снова подняла руку и посмотрела на свои пальцы, словно там должно было быть нечто, что все объяснит. Ничего. Похоже, мозг уже совсем заклинило. Выходит, барьер меня не испепелил? Но как?!
Я повернула голову и снова посмотрела на все еще склоненного надо мной дэва. Да, Бездна все забери, это был дэв. Клыки и заостренные уши однозначно указывали на его инфернальное происхождение.
Ну вот и добегалась...
– Вставай, – голос спокойный, на бледных губах играет улыбка, но в аметистовых глазах – вымораживающий внутренности холод.
Меня опять замутило. Что-то внутри вопило и требовало не просто встать, а драпать, бежать сломя голову из этого места, от этого адского красавчика. Вот только это что-то было не в состоянии поднять разбитое вдребезги тело. Я прикрыла глаза, разрываемая изнутри такими сильными эмоциями, что захотелось найти регулятор и прикрутить собственную дурь. Что со мной такое?
– Где я? – уточнила я, все же попытавшись подняться хотя бы на задницу. В глазах потемнело от этого жалкого усилия, но я не сдавалась.
– Ты? – дэв ненадолго задумался, затем одобрительно хмыкнул, глядя на мои жалкие потуги, и вдруг резко подхватил на руки. – Ты на пути к чему-то великому, я полагаю. И, надеюсь, ты хорошенько запомнишь, что первые шаги на этом пути я пронес тебя на руках.
От его маневра тело взвыло, и сознание благоразумно решило покинуть эту слишком болезненную оболочку.
Глава 5 Новая старая жизнь
Темнота. Непроглядная, теплая. Я плыла в ней, пока в сознание не начали просачиваться звуки. Щебет птиц. Легкий, чистый воздух, пахнущий тиной и влагой. Я лежала на чем-то невыразимо мягком, под тонким, шелковистым покрывалом. Где-то рядом тихо гудел механизм и журчала вода.
А потом – голоса. Приглушенные, словно из-за тяжелой двери. Я цеплялась за обрывки фраз, эхом повторяющиеся в необъятной пустоте несуществующего сознания:
– …перевозить их в Ультиму.
– …не должен знать...
– …смеши, он инициирован... …я не верю, что ты сможешь устоять… феромоны. …что он этого не заметит…
– …равно, Ультима не кажется мне хорошим вариантом… …в провинции у нас больше шансов скрыть… …до смерти императора...
– …мы не прикроемся законом, твой брат… …неприемлемый риск. …должны в кратчайшие сроки… и связать его обязательствами…
– …моментально превратит в мишень…
– …никогда не переставала ею быть… …спрятать, мальчик, – прячь на виду… …ищут беглянку… останешься безоружным.
– Проклятье!
Я попыталась пошевелиться, открыть глаза. Адская боль пронзила левую руку, будто в мизинец вогнали раскаленный гвоздь. Сознание снова отключилось, утаскивая меня во тьму.