Дверь за дэвом захлопнулась, но слова остались висеть в воздухе, как ядовитый дым его сигарет. Они вцепились мне в горло, не давая дышать. Заточенная сталь... Ник. Мой Ник. В голове вспыхнула картинка: его рука, сжимающая окровавленную катану, пустые безумные глаза Беса, полные ненависти. Холодное, волевое – «надо» и мир, который больше не делился для него на друзей и врагов.
Я сидела на кровати посреди устроенного мной разгрома и впервые за долгие годы почувствовала себя по-настоящему сломленной. Не избитой, не голодной, не загнанной – а именно сломленной. Той, у которой отняли не просто дом, а саму почву под ногами.
Максимилиан что-то говорил, его голос доносился словно из-под воды. Слова о защите, о помощи... пустой звук. Какая разница, если единственный человек, ради которого я жила, теперь...
Нет! Ник никогда этого не сделает! Никогда! Проклятый дэв нарочно закинул в мою душу зерно сомнений, но я знаю своего брата. Все это чушь! Чушь и точка! Я верю Нику!
Дверь снова распахнулась, на этот раз без стука, и в комнату, словно вихрь из шелка и цветочных духов, ворвалась Катарина.
– Макс, я хочу есть! Ты собираешься уморить меня голодом в этом склепе?
Ее звонкий, полный жизни голос пронзил пелену моего отчаяния, как солнечный луч – затхлую тьму подвала. Она была такой... реальной. Такой неуместной в моей личной трагедии. Я подняла на нее пустой взгляд и только тогда заметила, что за ее спиной в дверном проеме маячит мужской силуэт с кошачьими ушками, и мой взгляд невольно к нему прикипел.
Дэв. Высокий, стройный, с собранными в тугую, почти золотую косу длинными светлыми волосами. Она ложилась на плечо его черного мундира, как застывший водопад. Сердце почему-то сжалось, словно замерзшая птаха, и стало невыносимо тоскливо.
Магиня заметила мой взгляд, и в ее глазах цвета крепкого чая мелькнула понимающая усмешка.
– Это мой хранитель, душенька. Эдмонд, зайди.
– Эдмонд Авворин Делла ла Патрицио де Милитари. Мое почтение, миледи.
Дэв галантно поклонился, идеально ровно, словно сломанный пополам клинок, и, сложив руки за спиной, скромно отошел в тень у стены, став почти частью гобелена.
– Кстати, да, – Максимилиан встал. Его движение было медленным, весомым, как будто он сдвигал с места каменную глыбу. – Нужно позаботиться о хранителе для… моей подопечной. Ла Патрицио, ты не мог бы пока присмотреть за… – он снова сбился и неловко откашлялся, словно проглотил колючку.
– Вы еще не придумали ей имя? – удивленно приподняла бровь девушка. Она подошла ближе и окутала ароматами своих духов. – Кстати, мы ведь так и не познакомились. Как тебя звали, душенька, до этого чудного дня?
– Эль… – растерянно ответила я. Мой голос прозвучал тихо и чужеродно в этой роскошной комнате.
Я продолжала копаться в своих непонятных чувствах по отношению к дэву Кэт. Что это? Я его знала? Я всех их знала там, в другой жизни? Ну ведь не просто так меня выворачивает наизнанку? И не тот факт, что они маги, нет. А именно то, что я их не ненавижу. Мне нравится этот ушастый дэв, бездна все подери! Нравится сердцем, хотя разумом я должна бояться. Это инстинкт, который был еще… до моего членовредительства, в общем. Но теперь его нет. Я не боюсь… Это сводило с ума, и я не знала, чему верить: сердцу и безумным надписям или здравому смыслу, который вопил, что я в логове хищников?
«Тебе нужно в Ультиму, а эти нелюди – наш единственный шанс туда попасть, – подсказало мое внутреннее чудовище. – Будь лапочкой и заставь их поверить в свою покорность, пока тебя вместо золотой клетки не посадили на шипастый поводок. Верить должны они, а не ты, тупица!»
– Неплохо! – магиня звонко рассмеялась. – Знаешь, на нашем языке «Эль» имеет очень много интересных значений. Но основное – первая, высшая, доминанта, понимаешь? Тебе подходит, но…
– Миледи Делла Патрицио, – укоризненно прервал ее маг.
– А делла – это три, – иронично посмотрела она на него. – Я умираю с голоду, Макс. Одевайся, душенька, пойдемте пообедаем, и я заодно познакомлю вас со своим женихом...
– Это исключено, – безапелляционно заявил Максимилиан. – Вы, миледи, безусловно, свободны идти куда угодно, но леди Эльвире не стоит покидать этих стен. Вы должны это понимать.