Почему меня так пугает этот язвительный тип? Плеваться ядом я умею не хуже, но перед ним робею, как мышь перед удавом. Бесит!
– В древних поверьях, – продолжил Андрас, не сводя с меня глаз, – она превратилась в демона, в Эль Брушу. Кошку, что пьет жизнь. Какое... занятное совпадение с именем, не находишь? С такой кошечкой нужно дружить... и не выпускать из вида. Мы с тобой приручили смертельно опасного зверя, мальчик.
– Что ты несешь? – маг скривился так, что его отношение к моей «опасности» не оставляло двоякого толкования.
– Я тут подумал, – он упал в кресло, лениво развалившись, и насмешливо обвел нас взглядом. – Что раз для нашей Лилит так важен ее братишка, стоит поискать его получше. Я сам наведался в их... нору. И знаешь, что я там нашел?
Слова ударили наотмашь. Я как будто увидела суть за прикрытой саваном недомолвок истиной: он не искал моего брата, он искал поводок. Кнут, которым будет дрессировать меня, отрывая от покорного тела куски души. Его лживая улыбка больше не могла утаить от меня его суть. Внутри вспыхнуло абсолютное и неоспоримое знание. Это был не дэв. Демон. Древний, как само мироздание, и коварный, как... Андрас.
– Ах ты скотина! – я вскочила, опрокинув чашку. Бордовая жидкость растеклась по белоснежному ковру, на миг вспыхнув алой кровью. – Только посмей тронуть моего брата! Подонок...
Вспышка.
...Пушистый ковер, кровь, скрюченные пальцы, белые волосы...
– Кровавые письмена на стене, – дэв полностью меня игнорировал, будто меня здесь не было. Его слова были адресованы только Максимилиану. – И такие интересные имена...
Вспышка.
...С этого момента, девочка, больше никаких глупых надежд и наивных иллюзий. Ты моя собственность...
Ярость рвалась изнутри. Тело заколотило, словно от лютого мороза. Никому не позволю надеть на меня намордник! Мир дрожал и шумел на две разные частоты.
– Хватит! Это уже было! Я не игрушка! Я живая!
Голова закружилась. В груди рвалось и горело, словно в нее угодила огненная стрела, и я упала обратно в кресло, подкошенная вспыхнувшими в мозгу словами.
Вспышка.
...Взгляд аметистовых глаз, полный тихой грусти. Он знал цену, которую придется заплатить. Он жертвовал своей жизнью, чтобы спасти... меня. Он прощался...
На короткий миг что-то промелькнуло. Что-то чудовищное, что я точно не хотела вспоминать, и... исчезло. Картинка наконец-то перестала расползаться, и окружающая обстановка собралась в четкую, реальную комнату.
– Демон! – выплюнула единственное, что успело зацепиться за мозг. – Проклятый верный демон!
Максимилиан вылетел из-за стола и подбежал ко мне.
– Что с вами? – он хотел прикоснуться, но осекся, досадливо поджав губы. Набрал воды, и хрустальный графин звякнул о стакан в его напряженной руке. – Что ты с ней сделал?! – от его рыка задрожали стекла в книжных шкафах.
Андрас продолжал улыбаться. Самодовольно, вальяжно, ничуть не смущаясь ни моего оскорбления, ни гневного взгляда кронпринца.
– Заставил ее вспомнить, – протянул демон задумчиво. – И она до сих пор в сознании... Занимательно, – он подошел, казалось, просто мигнул – и уже стоял, склонившись надо мной, глядя прямо в глаза. – Что ты вспомнила, киса?
– Что ты сраный ублюдок, – выдавила я. – Но тебе можно верить. Ты не предашь. А теперь отойди от меня, сволочь, и подальше.
Мне было тяжело дышать. Казалось, весь кислород из помещения испарился. Как и воспоминания из головы. Я помнила слова, которые произнесла, но больше ничего. Словно закрыли мутное окошко, через которое и так ничего было не разобрать, но даже тот тусклый свет ослепил в моей кромешной тьме.
– Да что, пекло все поглоти, здесь происходит?! – от мага полыхнуло жаром. – Андрас, я требую объяснений, немедленно!
– Конечно, повелитель, – он уже сидел в кресле и прикуривал сигарету, а я пыталась собрать свой разум в кучу и внимательно прислушивалась. – На стене упомянутого мной... дома я обнаружил очень интересные надписи. Первая, написанная кровью вот этой особы, гласит: Херувим – враг. Занятно, не правда ли?
– Что?! – маг перевел потрясенный взгляд на меня. – Это вы написали, миледи?
– Я ничего не помню... – призналась я, поскольку смысла скрывать не было. – Я и сама хотела бы понять, но...
– Судя по свежей ране, она не пожалела пальца, чтобы написать: «Макс – друг». Как тебе, мальчик?
– Ч-что?.. – Максимилиан побледнел, что на его смуглой коже было особенно заметно. Он отошел к столу и рухнул в кресло. – Почему мне не доложили?
– Ну ты же не просил данные по настенной росписи. Мои агенты проверили дом, опросили население, а...
– Не важно, – отмахнулся маг. – Объясни мне, что все это значит? Она... Престол?