Бываю на видеосеансах Ива, от которых готов биться головой о стенку от отвращения. На очередном сеансе он продемонстрировал сцены из своего детства. Он назвал этот фильм «Я — вундеркинд». Когда ему было семь лет, он рассчитал на компьютере наивыгоднейший вариант траты карманных денег, которые получал от родителей. Выгода была всего несколько центов в день. Но за год накопилось несколько долов, и Ив положил эту свою первую в жизни выручку на свой счёт в банке. Случай получил огласку. Ива объявили вундеркиндом и показали по телевидению как образец. Он получил за это выступление гонорар и тоже положил его на свой счёт. В городе, где жил Ив, началась детская эпидемия таких «вундеркиндов».
Комментируя этот период своей жизни. Ив сказал, что он определил всю его жизнь. После этого его счёт в банке никогда не уменьшался, а только возрастал. Это стало принципом его жизни. Он построил стратегию жизни с таким расчётом, чтобы к моменту выхода на пенсию накопить достаточно средств и спокойно прожить остаток жизни, не испытывая никакой нужды.
Если взять основные элементы жизни по отдельности, все они у меня вроде бы есть. Есть жильё, и я им доволен. Есть одежда и еда. Не Бог весть какие, но я и этому рад. Раньше было ещё хуже. Есть работа. Правда, пока непостоянная. Но если как следует постараться, можно добиться и постоянного места. Есть коллеги. С некоторыми из них у меня хорошие отношения. Есть с кем иногда поговорить. Есть женщины, с которыми нет любви, но нет и связанных с любовью неприятных переживаний и тревог. Есть спорт и развлечения в избытке. Повторяю, все по отдельности вроде бы есть. Но есть именно по отдельности.
Все это складывается механически в кучу, не образует некое жизненное целое. И есть вроде бы. то есть без глубокой уверенности в том, что это есть на самом деле.
Наши психологи и социологи утверждают, будто такое состояние личности многих западоидов вроде меня объясняется потерей смысла жизни. Но по смыслу слова «потеря», чтобы что-то потерять, надо это иметь. А я ничего не терял, у меня изначально не было ничего такого, что можно было потерять. Да и что такое смысл жизни? Кто-то насчитал более тысячи смыслов выражения «смысл жизни». Если это — цель, то у меня есть общая цель жизни по крайней мере потенциально. Но что это даёт? Я почти на сто процентов уверен, что она недостижима, и потому она не становится практически действующим фактором жизни. У меня есть сиюминутная цель — выдержать испытательный срок и остаться на основной. Но эта цель вынуждена обстоятельствами. Такими целями переполнено сверх всякой меры сознание всякого западоида. Удовлетворённость тем, как складывается жизнь? Я этим доволен, поскольку могло быть хуже. И в то же время недоволен, поскольку загоняю себя в трясину, из которой уже никогда не смогу выкарабкаться. Хотел бы жить совсем иначе, но как — ясности на этот счёт нет. И нет никаких иллюзий. И так во всем. Считать такое состояние личности нормой для западоида или отклонением от неё? У кого есть чёткий ответ на этот вопрос?
Посещаю тошнотворную школу секса. Экономлю на всем, чтобы платить за неё. Бросить её не решаюсь, боясь осуждения со стороны Ро.
Какие-то просветы появляются при встречах с Ро и Филом. Но встречи с Ро становятся все реже, короче и практичнее. Она утверждает, что на мою нищенскую зарплату нельзя жить по-человечески, что я буду круглый идиот, если не использую свою привилегию сотрудника МЦ для дополнительных заработков, как тут делают все. Я кое-как обороняюсь. Говорю, что обязался не делать ничего подобного, что меня сразу разоблачат и выгонят. Она смотрит на меня с презрением, считает это признаком того, что я — «не настоящий западоид».
Фил все чаше и больше пьёт. Нормально с ним разговаривать можно лишь полчаса, не больше. У меня появились другие знакомства, но они не такие близкие (если тут можно вообще говорить о какой-то близости!), как с Ро и Филом.
Мак
Мак — сотрудник отдела массовых движений. В студенческие годы был сам активным участником всевозможных молодёжных движений и организаций. Стал даже одним из лидеров движения за отмену экзаменов. Но скоро понял, что тут не было ничего настоящего. Все то, что тут было, было от бедности, бесперспективности, растерянности, ненужности и предоставленности самим себе. Сделал об этом публичное заявление, после которого попал в МЦ. Поскольку имел опыт участия в массовых движениях, оказался в этом отделе. Работой доволен. Приспособился. Тут как в армии, трудно первое время. А потом вырабатывается навык жить достаточно свободно, как это делают старые солдаты. О жизни солдат узнал, конечно, из книжек и фильмов. Мечтает со временем написать труд о массовых движениях. Материалов имеет больше чем достаточно. Но нужно занять достаточно высокое положение, чтобы получить разрешение на такую книгу. Делать книгу нелегально нет смысла. Не пройдёт. Да и ради чего?!
Вот что я услышал от Мака и наш первый разговор. Массовые, движения — явление с точки зрения научного исследования чрезвычайно интересное. В них отражается все наше общество. Но отражается своеобразно, как в зеркале, искажающем все отражаемое в бесчисленных измерениях. Они возникают по самым различным поводам. Одни поводы — пустяковые, другие серьёзные. Возникают стихийно и спонтанно, а порою — в результате умышленной провокации. Одни возникают на миг, другие живут годами и десятилетиями. Одни объединяют людей одной логической категории (женщины, гомосексуалисты, инвалиды и т.п.), другие — случайных людей без разбора. Одни объединяют людей для одной определённой цели (сорвать ядерное испытание, помиловать известного преступника), другие — без всякой цели или для множества возможных целей.
Для многих участников массовых движений участие в них есть просто времяпровождение. Сложился даже целый класс таких людей и профессионалов в этом деле. Они за сравнительно небольшую плату готовы участвовать в любом движении, причём сегодня в одном, завтра в противоположном. С поразительной быстротой они перемещаются из одного региона в другой, если это им оплачивается или им это интересно. Сейчас доминирующей формой массовых движений становятся «домашние», то есть в информационной сети, вообще без непосредственных личных контактов и сборищ. Это — социальный монстр, какого не могла вообразить никакая фантазия прошлого. Порою в считанные минуты в такие движения объединяются миллионы и десятки миллионов людей на всей планете. И так же молниеносно исчезают, не оставляя никакого следа и памяти людей.
Во всяком массовом движении надо различать личные цели их инициаторов и руководителей, цели тех, кто их провоцирует, поддерживает и использует, и идеологическое их оформление. Тут имеют место самые разнообразные варианты. Но при всем разнообразии общим является следующее. Личные цели всегда одни и те же — нажиться, прославиться, удовлетворить властолюбие. Во втором случае всегда речь идёт о манипулировании массами в интересах бизнеса или политики. Идеология движений никогда не отражает суть дела объективно, прямо и полностью — на то она и идеология, чтобы вводить в заблуждение.
Конечно, как говорится — нет дыма без огня. Всякое более или менее значительное движение имеет реальные основания. Сейчас, например, средства массовой информации начали раздувать движение «Назад в пещеры!». Тут и основания, и интересы замешанных, и последствия серьёзные. Это движение возникло как протест против того направления, по которому пошло строительство городов и жилищ. Определяющими факторами этого направления явились элитарные эстетические вкусы, возможности технологии и интересы привилегированных слоёв. Оно было навязано прочему человечеству вопреки тем качествам людей, какие у них выработались в результате биологической эволюции. На эту тему были проведены бесчисленные исследования, написаны тысячи книг. Все они в один голос кричали о том, что искусственно создаваемая сфера жизни людей становится все более враждебной человеку как природному существу, что она является причиной психических заболеваний почти всех тех, кто постоянно живёт в ней.