Понятно, что она просто нашла повод покричать и Коля был ей до лампочки. Но мне-то он был не до лампочки.
Не знаю как так произошло, но чуть позже мне пришел экстренный вызов с квартиры, где я поселил Котика. Нет, с ней было все в порядке… почти. Я снова застыл перед монитором, наблюдая по внутренним камерам, как Котик крушит мою квартиру. Она разбила все, что можно было, отломала полочку и уже ей добила микроволновку и компьютерный блок. Со слегка приподнявшимися бровями я наблюдал, как она набрала в миску воды и вылила на искореженный системник. После чего собралась и вышла из квартиры, прихватив нож.
Меня аж передернуло от воспоминаний с ее отцом. Какого черта там вообще делал нож? Сейчас в хозяйстве это не самая полезная вещ, возможно она принесла его с собой или его оставил Мех.
Вести ее по камерам до моего дома, куда она похоже и направилась, не было никакой возможности. Многие камеры пострадали в ходе последних разборок. Ожидал увидеть, как ее скрутят храмовники возле моей квартиры, но до нее она так и не добралась. Возможно, повязали на подходе, но отчета о вылете на коммуникатор так и не поступило.
Надеюсь, что она жива и ничего с собой не сделала. Выходить успокаивать ее я в любом случае не собирался. По крайней мере, пока у нее нож.
Несколько раз звонили близняшки, но я запретил им появляться в комплексе. Даже написал сообщение Тренеру, чтобы не пускал их сюда. Впрочем, ответа от него не последовало.
Долго сидел у компьютера и занимался откровенной ерундой. Но с каждым часом давно забытый мандраж подступал все сильнее. Это приближается время совещания в IO. Что бы тут не происходило в комплексе, у меня есть еще одна задача, которая должны быть выполнена. Ровно за полчаса до назначенного срока я резко встал, словно включился автопилот. Я уже давно продумал что и как буду делать. Мозг в процессе переодевания в тот самый пиджак участия почти не принимал.
Выходя из комнаты воспоминаний, тихо произнес: «Я сделаю это».
Только оказавшись в коридоре, я понял, что сейчас это не самое безопасное место. А от балкона ко мне уже спешил Дмитрич. Его я узнал еще издалека.
- Я спешу, Дмитрич. И это… Падрэ не выжил. Прости. – Сказал я, когда бомж был еще метрах в пяти от меня.
Уже развернулся, чтобы уйти, но он меня окликнул.
- Пройдусь с вами, на всякий случай. Сейчас тут неспокойно. За Падрэ уже слышал, нам дали номер для связи, Рыжий звонил вчера.
Я про себя отметил, что выглядит он чуть опрятней обычного. Не то, чтобы сильно, но заметно. Наверное, закончился алкоголь или так повлияла смерть товарища.
- Бухло кончилось? – Спросил я.
- Да, уже давно. Сейчас алкашку не достать. Лучше сидеть смирно, пока все не устаканится.
- Вечером занесу вам пару бутылок.
- Не стоит, рассматриваю ситуацию, как повод завязать.
Брови уползли вверх и я посмотрел на собеседника удивленным взглядом.
- Я ж не всегда был таким. – Развел руками бомж.
Совещание
Мандраж кончился ровно в тот момент, когда я встал из-за компьютера, еще в квартире. Сейчас готов ко всему. Мне нужно выполнить обещание, данное отцу, и это единственный способ. Даже если меня прямо тут загребут и начнут выспрашивать о взломе Мира любви, сделаю все что угодно, чтобы остаться в компании.
На крайний случай – признаюсь во всем. Покажу наработки, буду доказывать, что никакой информации у них не крал. Только придется работать из застенок, а это сильно осложнит выполнения первого обещания, которое я дал маме.
Как пояснил мне отец, это что-то вроде традиции в его семье. Мама же, разделяющая любые его начинания, переняла и ее. Так я и дал те самые обещания, как только стал самостоятельным. И никогда они так сильно не давили на меня, как сейчас.
В них нет никакой конкретики, я волен выполнить их в любой формулировке. Отец тогда так и сказал: «Дальше все зависит только от твоих амбиций». Признаться, я подзабил именно на обещание, данное отцу. Только сейчас, осознав масштабы перемен, что может принести мой алгоритм, понял, что это то самое. То самое, что он имел в виду. То самое, от чего он отказался, чтобы подарить мне детство.