— А они, случаем, не раскурочат корабль? Ведь, по большому счету, он сам по себе большая клетка? — забеспокоился Марк.
— «Глория Г», наверное, у них ассоциируется с родной пещерой. Поэтому оставили шестилапов гулять между клеток.
Марк почесал за ухом подошедшего к нему самого маленького из милого семейства любителей свободно перемещаться. И на всякий случай отложил себе в памяти умение шестилапов разламывать даже самые крепкие хранилища — такое очень ценное умение вполне могло пригодиться в будущем. Марк всегда считал, что постоянное занятие одним и тем же ремеслом свидетельствует лишь об ограниченности личности, и старался разнообразить свои навыки да умения во всех областях человеческой жизни. В том числе и не криминальных.
Случай продвинуться по иерархической лестнице «Глории Г» не заставил себя долго ждать.
Очередной завтрак протекал в привычном русле — Марк сыпал шутками, смешными историями, как только-что выдуманными, так и из своей весьма пёстрой жизни. Слабый пол хихикал, мужчины в голос хохотали, Эмм мрачно жевал тосты. Начальник Марка, судя по всему, никак не мог справиться с психологической травмой, нанесённой непосредственным «наездом» Монарха. И никакими шутками его нельзя было вернуть к полноценной жизни оптимистичного восприятия реальности.
Шум возник из так называемого «рукава Персея». Драконоиды, стоит признать, по своей натуре весьма злобные и агрессивные существа, и остальные обитатели «Глории Г» старались держаться от них как можно дальше. Перебранки, ругань и толкотня со стороны «Персея» периодически скрашивали приемы пищи. И местный весьма ушлый народец даже порою принимал ставки на победителя в очередных разборках.
Но в этот раз шум нарастал и нарастал, и не думая сходить на нет. Первым не выдержал Борис:
— Пойду, гляну, что там творится.
Встал из-за стола и не торопясь направился в соседний рукав «Галактики»...
Очередным предвестником надвигающейся бури стал прилетевший с той стороны стул. Подбитым буревестником этот предмет мебели спикировал из заоблачных высот прямиком на макушку Эмма. Видимо, не зря шестой помощник капитана последнее время предавался унынию — черная полоса продолжала расчерчивать его жизнь траурной каймой. Слабо охнув, Эмм рухнул на палубу...
И это, как оказалось, было лишь начало. Словно обрушилась гигантская плотина, и волна наводнения устремилась по столовке. Крики, вопли, треск крушимой мебели стремительно приближались к покуда ещё покойному рукаву «Ориона».
Прибежал запыхавшийся Борис с огромным фингалом под глазом:
— Там наших бьют!
— Драконы?
— Уже не разберешь! — орал нежданно побитый, — Там такая каша! Смешались вместе...
Так и не успев дорассказать про «кони-люди», сбежавший с побоища Бориска получил удар в спину прилетевшим вслед обеденным столом. Марк отметил для себя, что в ход уже пошла тяжёлая артиллерия.
Не сказать, чтобы новый член экипажа боялся прямой и честной драчки — кое-какие навыки в единоборствах он имел, но в общей свалке, где не понять уже кто свой, а кто чужой, отхватить по первое число мог бы и мастер по таинственному ниндзюцу.
— Уходим! — Марк схватил за руки перепуганных девчонок и попытался их утащить в спасительные коридоры корабля...
Но было поздно...
Небольшая группа озверевших драконоидов отрезала путь к отступлению. Попытавшийся их остановить отряд из нескольких гуманоидов, быстро слился в партер, где и обосновался на постоянной основе. Не прошло и нескольких секунд, как Марк и компания оказались в самой гуще жестокой сечи: драконы не разбирая раздавали своими огромными лапищами лещей направо и налево; сверху, трепеща крылами, носились славные представители рукава «Стрельца» и метко кидали на рождённых ползать и ходить стулья, посуду и прочую мелкую утварь; тихоходные сыны «Центавра», дружно построившись мощной черепахой, упорно пробивались в выходу; гуманоиды, не посрамив славы гордых отцов, плечом к плечу сражались тут и там; и только интеллигентные инженеры «Лебедя» огребали по полной и от тех, и от других, благо желеобразная плоть их легко демпфировала удары.