Капитан хотел встать, но Зоя Дмитриевна сказала:
- Сидите, если не хотите, чтобы я всё бросила, здесь, в Ростове, и поехала в ваш город для возобновления судебного процесса, в результате которого, не сомневайтесь, пострадаете Вы, судья и адвокат девушки, ибо он тоже, видимо, с Вами заодно, тогда взгляните на это, - и она протянула капитану лист, на котором были написаны какие-то цифры.
- Что это значит? – спросил недовольный происходящим капитан.
- Это сумма, которую вы выплатите девушке и её матери за лечение. Так будет справедливо и сбережёт наше время. О сумме, которую можно будет взыскать после выигранного судебного дела за моральный ущерб, не сомневайтесь в этом, я и говорить не хочу. Она может составить куда большую сумму, чем та, которая написана на листе. И поверьте, в этих расчётах нет ошибки, всё строго по чекам. Никаких приписок. Только лечение и переезды из города в город. Да, и вместо того, чтобы отвезти девушку в больницу он "вызверился" и уехал. Как Вам это?
- Неужели лечение одной ноги может столько стоить?
- Молите Бога после этих слов, чтобы Вы не оказались в её положении, капитан. А за моральный ущерб - на Вашу совесть, если она вообще проснётся после нашего разговора. Да, столько стоит лечение. Но поверьте, мы с этим боремся. Вы понимаете, о чём я?
- Нет. Я не могу. Мой сын невиновен.
- Ладно. Вижу, мои слова не попадают в цель. Сейчас я наберу номер телефона и с Вами, капитан, поговорят. Может, после этого разговора Вы всё поймёте.
Зоя Дмитриевна набрала по телефону номер. Поздоровалась с человеком или должностным лицом выше её рангом (мы этого не узнаем) и передала телефон капитану.
Через десять минут они вышли из кабинета Василия Харитоновича и направились в палату, в которой лежала Глория.
Капитан разговаривал уже вежливо и с большой охотой отвечал на вопросы Зои Дмитриевны. У него был бледный вид и могло показаться, что он чувствует себя неважно после телефонного разговора.
Они вошли в палату, и он направился к койке, на которой лежала Глория. Подойдя к ней, он сунул что-то ей под подушку и сказал:
- Прости, Глория, прости. Мы ещё увидимся, когда вы с мамой вернётесь в город. Я всё исправлю.
Зоя Дмитриевна покачала головой в знак одобрения.
- Зоя Дмитриевна, я могу идти? Через два часа у меня самолёт в Краснодар.
- Конечно, Рустам Камильевич. И скажите водителю, чтобы он отвёз Вас в аэропорт. Я же доеду на маршрутном такси, здесь недалеко.
- Спасибо. Глория, поправляйтесь. – Капитан кивнул головой и вышел из палаты.
Большие чиновники умеют ставить на место своих подчинённых. И если есть возможность «затушить костёр», прежде чем он превратится в пожар, в котором все могут «сгореть», они делают это. Потому, что они разговаривают на одном языке, и нам, простым смертным, этого языка не понять. И тем более не выучить. И когда капитан услышал в трубке телефона «родной» язык, он сразу всё понял.
* * *
Андрей
В ТРЁХКОМНАТНОЙ КВАРТИРЕ, находящейся в жилом комплексе "Инга", с выходящими на Новый рынок окнами, сидел за компьютером молодой человек лет двадцати пяти. Рядом на диване сидел и читал газету «Вольная Кубань» мужчина лет пятидесяти. Он был одет в спортивный костюм. Молодой человек, работающий на компьютере, у себя в кабинете, то и дело, что-то записывал на лист бумаги. Рядом с кабинетом, в котором он работал, в маленькой комнате лежала его мать. У неё болела голова. Она приняла таблетку и пыталась заснуть.
- Готово, Сергей! Вот информация, которую ты просил. Это всё, что мне удалось «накопать». Сергей поднялся с дивана подошёл к молодому человеку и сказал:
- Андрей, ты - мастер. Гений!
Затем он прочитал то, что «накопал» Андрей и выругался.
- Сергей, Сергей! Мать дома.
- Извини. Ты не мог ошибиться? Здесь всё правильно? Всё это - правда?
- Сожалею. Запомни всё и сожги.
- Понял. Вот деньги. Возьми.
- Спасибо.
- Тебе спасибо. Если бы не ты, меня так бы и продолжали крутить. Ты понимаешь, о чём я?
- Печально. Теперь ты всё знаешь.
- О, да! Теперь буду спокоен, я им устрою. Надолго, голубчики, запомнят. Андрей, тут один мужчина из Краснодара хочет воспользоваться твоими услугами.
- Надёжный человек?
- Обижаешь, брат!
- Тогда на следующей неделе пусть позвонит. Я ему назначу время. Сейчас у меня ещё пара заказов есть. Нужно срочно с ними разобраться.
- Ладно, будь здоров. Береги себя. Ты нам всем нужен.