Медленно соскребла себя с кровати.
Потянулась выключить свой ноут и Dj пульт. Вчера не смогла доползти до него.
- Кстати, ты вчера опять что то записывала. Что интересненького получилось?
- Когда ты успела проснуться? - со стоном спросила я подругу. Голова тяжестью давила на плечи. Неужели могут быть такими свинцовыми мысли.
- Ты все равно рядом, включила бы послушать. - она потянулась в своей кровати. - И мне веселее просыпаться.
- Спи дальше. - кинула я в нее подушку со стула.
- Не будь занудой, сделай приятное подруге. - она подложила подушку под щеку.
- Так и быть уговорила, и то потому что у меня все открыто, ну потому что ты моя подруга. - включила я программу, где ещё не сохранила сведенный трек.
Черной птицей вниз, тяжестью тянет туда
И свинцовой пулей коснусь самого дна
А затем стрелой вверх, до небес
Но все зря.
Красная молния сожжет сердце и крылья дотла.
Я пытаюсь встать,
Все зря
Я стараюсь забыть тебя
Все зря
Я стараюсь верить тебе
Все зря
Боль останется во мне, будет ломать пополам, Как сейчас
И ты снова забудешь меня
Как только туман растворится дымкою сна.
Я вставила в начале пульсацию, добавила битов. Усилила композицию дополнительным рифом Криса. На фон создала подпевку под Яна своим голосом. И ускорила темп.
- Никки? Что это было? - Стейси удивленно поднялась над изголовьем. - Это же их песня? Совило?
- Да. - хлопнула крышкой ноутбука.
- Ты им покажешь? - тихо сказала Стейси.
- А зачем?
- Это просто офигенно! - она подскочила на кровати. - Это просто лучшее, что я ты делала!
- Не думаю, что это их заинтересует. Ими занимается сам Андре Баум. Это отец Яна. - мне было приятно услышать комплимент от Стейс. Мне и самой понравилось то что получилось.
Местами лирическая и при этом с жёсткими проигрышами. Голос солиста хриплый, местами срывается, то почти шепотом. Когда я слушаю, моя каждая клеточка в груди взрывается, отправляя взрывную волну, до кончиков пальцев. Ты словно проживаешь в песне каждое слово. Чувствуешь ту же боль, то самое отчаяние.
Я потрясла челкой, чтобы смахнуть наваждение.
- А разворачивается все интереснее и интереснее. - Стейс одела свои розовые плюшевые тапочки и поплелась в ванную.
Я почти все таки собралась побегать, в надежде прийти в порядок. И выглядеть менее помято.
- Эта песня про него и Лену? - в дверном проеме появилась кудрявая голова подруги. Ответа она не дожидалась.
- Но я всё же думаю тебе надо показать ее ребятам.
По дороге к метро, я мечтала. Вот бы сейчас большой, очень большой стакан кофе. Но в такую рань, можно найти только кофе из автомата. Да и дома закончился как назло. Голова продолжала стучать набатом. День становился все паршивее. Не помогла ни пробежка, ни свежий воздух, ни контрастный душ.
Пришлось раз десять оглядеть себя в зеркало. Проверить не отвалились ли брови, на месте ли серьги. Не забыла ли утянуть грудь. Не выпячивает ли сильно попа. Попа выпячивала. Не помогла широкая белая футболка и толстовка оверсайз. Джинсы которые мы со Стейс пытались утащить у Тима, оказались велики. Поэтому пришлось надеть свои, самые широкие которые нашлись. Так как еще пришлось натягивать спортивную защиту для паха, имитируя то что у меня нет и не может быть. Мне это только прибавило раздражительности. Постоянно там мешалось и натирало. Ноги приходилось расставлять шире. Надеюсь у меня это не войдет в привычку.
С утра еще умываясь поскрабировала подбородок, специально усиливая красноту. Лайфхак из интернета. Попробовала так имитировать бритье. На что получила сомнительные взгляды Стейс и Тима.
В метро посильнее натянула свою желтую шапку, отгораживаясь тем самым от окружающих. Говорят желтый цвет дарит хорошее настроение. Полная чушь. Желтый - цвет раздражения.
Не знаю как добралась до студии. Окружающих не замечала. Лишь буркнула приветствие на стойке регистрации секретарю.
И да, я решила вернуться. Пойти против своего страха и самосохранения. Правильно говорит Стейс. Не для того я принимала столько решений, чтобы кто то портил мне планы, не из-за того, что я где то накосячила. А по своим личным, неведомым мне мотивам.