– Поняла, можешь не продолжать. А потом пришел Паша и как истинный герой прогнал злодея, успокоил даму сердца и получил достойную награду.
– Грубовато, но в точку, – согласилась Аня. – По крайней мере все было обоюдно, без высокопарных слов и очень чувственно. А еще… Маш, я готова поговорить о нем.
– О ком? – начала было подруга как тут же просияла. Она уговаривала Аню сходить к психологу или в анонимное общество жертв насилия, но Аня ни в какую не соглашалась. Тогда Маша предложила альтернативу – высказать все ей. Рассказать так как было, излить душу и больше не возвращаться к этому вопросу никогда. Аня пообещала, что когда будет готова, то даст знать.
– Хорошо, тогда завтра утром я приду к тебе, и ты расскажешь. А сейчас просто поделись, как это было? Тебе понравилось?
Машка улыбнулась и слегка толкнула смущенную вопросом Аню. Та отвела глаза к окну и застыла. Маша проследила за ее взглядом и увидела женщину. В объемном пуховике та стояла на улице и раздавала всем проходящим мимо какие-то листовки.
– Ань, ты чего? Ты ее знаешь?
– Ага, это мама Андрея и Паши.
***
В руках Аня вертела листовку с объявлением о предстоящей театральной постановке, которая состоится через неделю в любительском театре. На ней в виде коллажа были расположены фотографии ведущих актеров и на одной из них размещалась мама братьев. Девушка не понимала. Не то, что богатая и красивая женщина играет в любительском театре, а то, что она стоит на улице и раздает листовки. Настолько болеет за дело? Ане так не показалось при знакомстве. У богатых людей способных снизойти до простой работы не может быть такого высокомерного выражения лица, по крайней мере она ни разу не видела подобного.
Вероника Сергеевна, если, конечно, это ее настоящее имя, Аню не узнала, она протянула листовку, улыбнулась и тут же пошла своей дорогой дальше. Маша недоуменно смотрела женщине вслед.
– Ты же говорила, что они баснословно богаты.
– Я так думала, – Аня задумчиво повертела в руках листовку и решительно сунула ее в сумку. – Маш, ты, наверное, иди домой, а я тебе чуть позже позвоню.
– Ты в театр собралась? Хочешь разузнать о ней? Ань, может не надо? Дурно все это пахнет. Не странно ли приходить на ужин в дорогущем колье, а потом на улице листовки раздавать? А если с твоими братьями что-то не чисто?
Ане не хотелось думать плохо, по крайней мере о Паше. Не после того, что между ними было. Может быть они просто притворились, что богаты? Тогда это совершенно неважно, но правду знать хотелось бы.
– Я уверена, всему есть логичное объяснение. Просто задам несколько вопросов. Все будет хорошо. К тому же ты сама видела, она меня даже не узнала.
– Ладно, но, если что сразу звони.
– Хорошо, пока.
Любительский театр находился в противоположной стороне от ее дома и ко всему прочему на конце города. Невысокое двухэтажное здание глазело на Аню грязными стеклами окон. Деревянные, с давно не обновлявшейся краской рамы, наводили на мысли о ремонте, который если и был когда-то, то предположительно лет тридцать назад. Что ее волновало больше всего, так это кладбище, которое располагалось неподалеку. Наверное поэтому окружающая обстановка показалась девушке серой и мрачной. Не хватало карканье ворон. Голые деревья с корявыми ветками похожими на скрюченные пальцы ведьмы были на месте. На листовке все выглядело на так мрачно. Наверное, потому что на фотографиях было лето, и зеленая листва развеивала мрачное настроение.
Аня подошла к железной двери и дернула за ручку. Заперто. Она осмотрела стены на наличие звонка, но и его не оказалось, тогда девушка постучала кулаком, надеясь, что кто-нибудь ее услышит. Но вокруг царила мертвая тишина. Аня решила обойти здание, вполне возможно там могла быть задняя дверь, через которую выходили актеры, а эта была парадным входом. Так и оказалось. И что самое главное, задняя дверь была открыта.
Темный коридор девушку не обрадовал. Немного потоптавшись на пороге она все же шагнула в темноту и включила фонарик смартфона. Аккуратно ступая Аня дошла до конца коридора, минуя боковые двери, вполне возможно это были гримерки или кладовки, в которых хранился театральный реквизит. Чем ближе она подходила к главной двери, тем четче слышала голоса. По всей видимости впереди находился выход на сцену. Но прежде чем Аня взялась за ручку, дверь распахнулась сама и из нее вышла девушка. Точнее вылетела и с силой хлопнула дверью, злобно выругавшись. Увидев свет, идущий от фонарика, она остановилась, с удивлением посмотрела на Аню.
– А ты еще кто такая? Здесь вход только для персонала.