Она присела у окна, обхватив руками колени, и смотрела на лес, который словно дышал и жил собственной жизнью. Мысли начали возвращать её в детство, к тем временам, когда она впервые услышала о ведунье, что жила на окраине деревни. Её образ всегда внушал и страх, и уважение одновременно. Казалось, что старая ведунья была воплощением той самой магии, которую она только что видела у Чаровниц.
В детстве Анастасия часто слышала от соседей истории о ведунье. В каждой семье были свои слухи и рассказы, и все они сходились в одном: эта женщина обладала силой, способной изменить судьбы. Но каким путём — добрым или злым — зависело от её настроения и цели. Её боялись, но также и уважали. Люди знали, что если кто-то попытается встать у неё на пути, его ожидает беда.
Анастасия отчётливо вспомнила один из таких рассказов, который был особенно популярен в деревне. Когда она была маленькой, пропал мальчик из соседней семьи. Никто не мог найти его несколько дней. Родители были в отчаянии, как и вся деревня. В конце концов, они обратились к ведунье. Все боялись её силы, но знали, что в ней есть что-то, что может помочь в такие моменты. Ведунья провела обряд, и через несколько часов мальчика нашли — живым, здоровым, спящим у самого леса. Никто не знал, как это произошло, но все говорили, что без ведуньи это было бы невозможно.
Анастасия вздохнула, вспомнив, как люди потом шептались: мол, может, ведунья сама его спрятала, чтобы потом показаться спасительницей. Но все понимали, что это только слухи. В глубине души каждый верил в её силу и благодарил её за помощь.
Ещё один случай, который Анастасия помнила особенно ярко, был связан с болезнью скота. В один год несколько стад в деревне были охвачены странной болезнью, и все животные начали умирать. Никто не знал, как справиться с этим, и снова обратились к ведунье. Она провела свои загадочные обряды, собрала травы и заговорила воду, после чего болезнь отступила, и скотина начала выздоравливать. Это казалось настоящим чудом, и люди снова выражали ей благодарность.
Но, как часто бывает, добрые дела быстро забываются. Через какое-то время начались разговоры, что ведунья занимается не только лечением. Люди шептались, что её сила могла быть опасной. Говорили, что стоило ей разозлиться или услышать слово поперёк, как на человека неминуемо падала беда.
Анастасия помнила, как однажды, будучи совсем маленькой, она подслушала разговор соседки с её подругой у калитки. Они говорили о мужчине, который посмел критиковать ведунью. Через несколько дней после этого случая он сломал ногу, и весь поселок только и говорил, что это не было простым совпадением. Соседка, пересказывая эту историю, полушёпотом добавляла: «Так вот, не связывайся с ней, не дразни судьбу».
Эти слова тогда впечатали в сознание Анастасии мысль о том, что магия ведуньи может быть и благословением, и проклятием одновременно. Даже сейчас, много лет спустя, она чувствовала тот самый страх, который закрался в её душу в тот день. Она не могла избавиться от образа старухи, чьи глаза словно видели больше, чем просто людей и их судьбы.
Анастасия вспоминала, как люди старались избегать ведунью, хотя она и приносила много добра деревне. Её имя всегда упоминалось с долей страха. Даже если кто-то и решался попросить у неё помощи, делалось это с величайшей осторожностью. Стоило ей сделать что-то, что могло бы быть истолковано как злое — это становилось темой всех разговоров. Она была таинственной фигурой, окружённой множеством слухов.
Помнила она и другую историю — о том, как одна семья осмелилась сказать ведунье грубое слово. Они не верили в её силу, посчитали всё это суеверием. Через месяц их дом сгорел дотла. Никто не мог понять, что произошло, но вся деревня была уверена, что это дело рук ведуньи. Никто не хотел проверять, насколько это правда, но разговоры об этом случае ещё долго витали в воздухе.
Анастасия с грустью осознавала, как всё хорошее, что делала ведунья, постепенно забывалось, а страх и предвзятые слухи раздувались всё больше и больше. Но теперь, спустя столько лет, она задумывалась, что если бы люди видели лишь плохое, то почему же к ней всё-таки продолжали обращаться? Может быть, магия была не столь чёрной, как все думали? Может быть, она зависела от того, как её использовать?
Взгляд Анастасии снова обратился к лесу. Она вспомнила Чаровниц, тех самых, кого видела этой ночью. Их силу, их движения, их присутствие. Не было в этом ничего угрожающего, наоборот, они источали тепло и энергию. Было ли это то же самое, что и у ведуньи? Возможно, Чаровницы, как и ведунья, умели использовать магию как инструмент — для добра или зла. В зависимости от того, кто и как её применяет.