— Мама, всё будет хорошо? — спросил он, прижавшись ко мне.
Я улыбнулась ему, хотя знала, что не могу дать честного ответа.
— Конечно, будет, — прошептала я.
Но мои слова прозвучали так же пусто, как и обещания Ивана.
Утро началось, как и всегда. Анастасия приготовила завтрак для всей семьи, стараясь, чтобы всё выглядело идеально, как в прежние времена. Она разложила тарелки по своим местам, расставила хлеб, выложила свежие фрукты, надеясь, что этот утренний ритуал сможет вернуть хотя бы частичку уюта в их дом. Андрей и Лиза уже сидели за столом, переговариваясь между собой тихими голосами. Их взгляды скользили по комнате, останавливаясь на Анастасии, как будто они пытались разгадать её настроение, прочитать по её лицу, что происходит.
Лиза, сидя на своём стуле, тихо потянула мать за руку, как делала это каждое утро, когда что-то тревожило её маленькое сердечко.
— Мама, почему папа такой грустный? — спросила она, наклоняя голову и глядя на Анастасию своими большими глазами.
Анастасия на мгновение замерла, не зная, что ответить. Этот вопрос был слишком прямым, слишком неожиданным. Она заставила себя улыбнуться, погладила дочь по голове и прошептала:
— Всё хорошо, Лиза. Папа просто устал.
Но её слова звучали пусто даже для неё самой. Андрей, наблюдая за этим, лишь нахмурил брови, продолжая смотреть на дверь. Он ждал, когда появится отец, но в его взгляде уже читалась тревога. Он был старше, и его молчание было куда более красноречивым.
Шаги Ивана прозвучали по полу слишком тихо для его обычного бодрого утреннего настроения. Он вошёл на кухню молча, его лицо было уставшим, глаза казались тусклыми. Его присутствие словно давило на воздух в комнате, и Анастасия ощутила этот груз на своих плечах. Он сел за стол, не глядя ни на неё, ни на детей.
Анастасия внимательно наблюдала за ним. Она уже не могла скрыть свою тревогу. И вдруг её взгляд остановился на воротнике его рубашки. На белом хлопке виднелось лёгкое пятно — светлый блеск, похожий на косметику. Её сердце пропустило удар. Это был не её оттенок.
Она попыталась взять себя в руки, но её внутренний мир уже пошатнулся. "Откуда это?" — проносилось у неё в голове. Она начала подбирать слова, чтобы спросить Ивана, но чувствовала, что что-то внутри неё уже знало ответ.
— Ты поздно вернулся вчера... — тихо произнесла она, стараясь не выдавать волнения в голосе.
Иван не поднял глаз. Его ответ был таким же уклончивым, как и его поведение последние недели:
— Работа...
Тишина, которая последовала за его словами, стала невыносимой. Анастасия ощущала, как между ними растёт стена, которая становилась всё толще с каждым днём. Она хотела сказать что-то ещё, спросить, но не смогла. Страх сковал её язык. Она чувствовала, что если задаст ещё один вопрос, этот хрупкий мир, который она так долго строила, окончательно разрушится.
Лиза, ничего не понимая, продолжала глядеть на отца с широко раскрытыми глазами.
— Папа, ты сегодня останешься с нами? — спросила она, как всегда с надеждой в голосе.
Иван на мгновение замер, как будто сам не знал, что сказать. Затем он, не поднимая глаз, ответил коротко:
— Сегодня много дел...
Андрей, сидевший напротив, смотрел на отца с тем же тревожным взглядом. Его лицо напряглось, и после долгой паузы он задал тот самый вопрос, который Анастасия боялась услышать:
— Папа, почему ты нас больше не любишь?
Этот вопрос повис в воздухе, как раскат грома перед грозой. Анастасия почувствовала, как её сердце сжалось от боли. Иван снова не нашёл в себе сил посмотреть на сына. Его лицо напряглось, и он просто продолжил есть, игнорируя слова сына. Эта молчаливая сцена казалась Анастасии невыносимой. Она видела, как в глазах детей появлялось разочарование, как в их душах начинала зреет та самая боль, которую она так пыталась избежать.
Попытка восстановить контакт была последней надеждой для неё. Анастасия потянулась к Ивану, её рука мягко коснулась его плеча. Ей казалось, что это прикосновение может вернуть всё обратно, как было прежде. Но он вздрогнул, словно его коснулся кто-то посторонний. Он резко отстранился, даже не взглянув на неё.
— Может, вечером мы прогуляемся с детьми? — предложила она, стараясь удержать на лице натянутую улыбку, но внутри неё уже что-то сломалось.
Иван медленно покачал головой, не поднимая глаз:
— У меня нет времени.
Эти слова стали последним ударом. Анастасия чувствовала, как что-то внутри неё, что раньше было её уверенностью, крошится в пыль. Она хотела сказать что-то ещё, но не смогла. Её губы замерли, а мысли потонули в хаосе.