Мужчине доводилось несколько раз бывать в кабинете отца Сеумаса, но это было так давно, что казалось, будто он оказался в нем впервые.
Комната не была серой и безликой. Пусть здесь и были каменные стены и пол, как и во всем приорате, но небольшая квадратная комната была хорошо обставлена мебелью. Массивный дубовый стол у правой стены, с приставленным к нему стулом, стеллаж напротив, заставленный пухлыми книгами с темными, однотонными или украшенными золотыми полосами, переплетами, напротив. Низкий деревянный шкаф с дверцами противоположный входной двери, на котором была расстелена белая кружевная салфетка с составленными на неё полусгоревшими свечами, воск от которых покрыл собой почти все подсвечники, делая позолоту еле различимой. Над этим шкафом располагалось длинное узкое окно, освещающее комнату, бросая на пол образ белого искривленного прямоугольника.
Коисим осторожно прикрыл за собой дверь, оставляя в ней щель, чтобы услышать шаги, если кто-то решит приблизиться, и растерянно огляделся. Если бы он помнил, где отец Сеумас хранит свои ключи…
Молодой человек приблизился к шкафу напротив, здраво рассудив, что начать стоит именно с него, так как он единственный закрыт и скрывает все свое содержимое. Коисим разом отворил обе створки и замер. На внутренней стороне этих самых дверц располагались крючки с висевшими на них ключами. Коисим пробежался по ним взглядом… ключи были разных цветов и примерно одинаковой, но не одной, формы. Молодому человеку пришлось перебрать в голове все запирающиеся комнаты, который он знает, чтобы хотя бы примерно понять, какой ключ и к чему может подходить.
Он раздумывал, рассматривая ключи…
Но ни один из них не казался ему тем, который был нужен. Казалось, что ключ от святого источника должен выглядеть как-то по-другому, по-особенному, и такого ключа среди висевших не было.
« Может быть, все не так просто? Может быть, отец куда-то запрятал этот ключ? Или вовсе оставил с собой…»
Но о последней мысли молодой человек старался не думать, она значила, что шансов спасти возлюбленную при этом у него совсем не остается.
Коисим взглянул на полки шкафа, перед которым сидел, присев на корточки. Здесь снова были книги, плотно набитые с торчащими кусочками бумажек, служивших заметками. А после зоркий глаз молодого мужчины зацепился за еще одну книгу, она казалась какой-то неправильной, не реальной. Коисим потянулся за книгой, касаясь её пальцами и убеждаясь в своей предположении. Эта книга была слишком твердой и легкой, не смотря на объем.
Коисим в нетерпении открыл крышку шкатулки, замаскированной под книгу, и обмер. Здесь лежал ключ, тот самый, который безуспешно искал Коисим прежде. Тонкий, позолоченный, с острым, и не похожем на другие, узором зубьев на кончике. Молодой человек рассматривал ключ, видя его витый конец, и все больше убеждался, что его предположения верны, и эта находка – именно то, что ему нужно.
Коисим оглянулся и прислушался, удостоверившись, что он по-прежнему один, а потом вынул ключ из шкатулки и торопливо поставил её на место, закрывая створки шкафа. Стоило как можно скорее уйти отсюда, чтобы случайно ни с кем не столкнуться.
Молодой человек поднялся, оборачиваясь и приближаясь к двери, как заслышал шаги. Четкие отголоски раздавались по коридору, оповещая о том, что кто-то приближается.
Мужчина растерянно оглянулся, думая о том, где бы он мог затаиться, но не смог ничего обнаружить.
«Быть может, кто-то идет мимо…»
Коисим так и замер у двери, стараясь не шевелиться и не издавать лишних звуков. Пытаться бежать было поздно. Это могло лишь создать лишние подозрения. Мужчина задержал дыхание, тревожно ожидая, что же случиться дальше, и все его смелые страхи оправдались.
Дверь прямо перед его лицом отворилась. За ней оказался отец Сеумас, который, пребывая прежде в задумчивости, резко и удивленно замер. Они стояли, смотря друг на друга несколько долгих мгновений, в течение которых Коисим пытался совладать со своими чувствами, а после послушник склонил голову, произнося:
- Я хотел поблагодарить вас, отец, - на ходу придумывая причину своего присутствия, произнес Коисим, - за ваше дозволения мне взять на себя вчерашним днем послушание брата Сеока.- Мужчина говорил это, не поднимая глаз.
А монах молчал. Он всматривался в стоящего перед ним человека.
- От чего же ты не сказал мне это после дневной службы? – в голос монаха просочилось некоторое подозрение.
- Я задержался. – Оправдался Коисим. – Не смог вас найти и решил, что вы здесь.