— Да это ж малёк, — говорю.
— Ну и что? Попробуй поймай! — обиделась она.
— Поймаю, — говорю. — И покрупней.
И мы с Шиной зашли по пояс в воду. А вокруг — целая стайка мелюзги.
— Это всё мелочь, — говорю. — Вот бы сейчас планктон доктора Риттера! Враз откормили бы их.
— Не буду я этих мутантов есть. — Шина возмущена. Она так и скривилась: — Фу, гадость! Не напоминай лучше.
— Давай зайдём глубже, — предложил я.
Мимо проплыла серебристая рыба с чёрными полосками.
— Вот эта вроде ничего, — говорю я и пытаюсь поймать. — Эх, промахнулся.
Сделал ещё попытку. Преследуя рыбу, я не заметил, как забрёл на глубину. И вдруг от боли я чуть не подскочил.
— Ой, что это! — вскрикнул я, решив, что это меня ущипнула Шина.
Но какой там! Я посмотрел в глубину и ужаснулся.
— Ого-го! — кричу.
Подо мной шевелится какое-то существо. У него мохнатая спина и тёмно-фиолетовый панцирь. Какие огромные клешни! Так это краб. Краб гигантских размеров. С ломберный столик. А клешня, которой он вцепился в меня, с папин слесарный разводной ключ.
— На помощь! — завопил я и заколотил руками по воде. — Караул! На помощь!
Краб клешнёй — щёлк!Насилу успел свою пятку отдёрнуть.
Спотыкаясь, я помчался к берегу. Выскочив на сушу как ошпаренный, я не унимался.
— Краб-великан! — кричу. — Вон, смотри! За мной гонится!
Шина пулей из воды вылетела. А следом — гигантский краб. Вылез на берег и бежит боком, волосатые ноги так и мелькают.
— Просто поверить трудно! — изумился доктор Д.
А краб прёт на нас со скоростью курьерского поезда и клешнями щёлк, щёлк!
— Бежит к деревьям, — командует доктор Д.
Мы, что было духу, несёмся к пальмовой рощице. Не знаю, какая сила меня на пальму подняла. Смотрю, и Шина карабкается. А рядом, на соседнем дереве — доктор Д. схватился за ветку и замер.
А краб караулит нас внизу. И своими косматыми клешнями к нам тянется, сейчас, дескать, ухвачу. Клик… клак…
— Вот сварить бы его, гада, — хищно облизывается Шина. — Я б целую неделю такую вкуснятину лопала.
— Этот, видать, тоже отведал планктончика доктора Риттера. Такая махина… Естественно, что он голоден как волк!
А краб всё щёлкает своими загребущими клешнями. Уж очень хочется ему достать нас.
Казалось, прошло несколько часов.
— Да сколько же он тут торчать будет? — спрашиваю я доктора Д.
А он только плечами пожимает:
— Кто его знает.
И вдруг слышу — крак!Сначала я подумал, это краб своими клешнями щёлкает. Но нет. Снова — крак!Совсем рядом. Как раз под веткой, на которой мы с Шиной пристроились! Крак!
Тут только до меня дошло, что ветка нас двоих с Шиной не выдержит. Вот-вот подломится. Тяжеловаты мы для неё.
И я представил, как через минуту мы с сестрой угодим прямо в крабьи клешни.
Я подтянулся, надеясь схватиться за верхнюю ветку. У меня ничего не получалось.
Шина вскрикнула:
— Мы… мы падаем! — И в этот миг ветка с громким треском надломилась.
Мы летели вверх тормашками прямо на мохнатую спину краба. О нет, на горячий песок. Приземлившись, я огляделся.
— В чём дело? — не понял я.
Краб убегал к воде.
Шина сидела с застывшим от удивления лицом.
— Ну, как вы? — Дядя торопливо спустился с дерева.
Мы смотрели, как брызги фонтаном разлетелись во все стороны, когда гигантское чудище бухнулось в море.
— Ноги моей в этих водах не будет! — поклялся я. — Кто знает, какие ещё сюрпризы подстерегают нас.
— Но как мы поймаем рыбу? — заметила Шина. — Так и умрём от голода?
Доктор Д. рассматривал берег. Потом неожиданно вскрикнул:
— Прилив! Не может быть! Наша лодка!
Мы бросились к тому месту, где оставили лодку. Но её и след простыл. Лишь далеко в океане можно было с трудом увидеть жёлтую крошечную точку. Это была наша спасательная лодка.
— Теперь нам никогда уже не покинуть этот дурацкий островок! — завопил я, чуть не плача. — Никогда!
Доктор Д. молчал. А что он мог сказать?
Остаток дня мы провели под сенью деревьев, жуя мякоть кокоса.
— Эти кокосы… Да никогда в жизни я больше не буду их есть, — причитала Шина. — Даже с шоколадом!
Медленно приближалась ночь. Мы молча наблюдали, как синева сменяется тёмно-фиолетовым и чёрным.
Вдруг доктор Д. насторожился. Я тоже выпрямился и стал напряжённо вслушиваться.
— Слышали?
— Что это?
— Шум идёт от берега, — пояснил доктор Д.
Мы бегом побежали к воде. Там плескалась парочка каких-то гигантских существ.
— Киты! — закричала Шина.
— Нет, — покачал головой доктор Д. — Не киты! Дельфины!
«И дельфины тоже отведали планктон», — подумал я.
— А что это жёлтое, с чем они резвятся? — спрашивает Шина. — Похоже на…
— Это она! — кричу я. — Наша спасательная лодка! Дельфины притащили её!
Канат лодки обмотался вокруг одного из дельфинов. Куда поплывёт дельфин, туда и лодка.
— Давайте вызволим его! — воскликнул доктор Д. и бросился в воду.
Мы за ним. Я и о страхах забыл. Тут не до гигантских крабов. Без лодки мы погибнем.
Мы поплыли к дельфинам. Они нас не испугались. Да и что им бояться? Они громадные!
Плыву, а самому страшно. Это дельфины, и только, уговариваю себя. Дельфины не причиняют людям вреда. После встречи с крабом я стал пуганным. А пуганная ворона, как известно, и куста боится.
Доктор Д. схватился за борт лодки. Мы по очереди влезли в неё. Пока дядя ломал голову, как этот канат снять с дельфина, тот взял да поплыл.
— Дельфин нас утащит далеко в море, — говорит Шина. — Подожди, дельфин! Стой!
А дельфин плывёт себе и плывёт, только скорость увеличивает.
Берега уже не видно, лишь маленькое пятнышко. До островка всё равно уже не доплыть, даже если б хотели! Дельфин уносит нас в открытое море.
— Остаётся устроиться поуютнее и отдаться плаванию, — совершенно спокойно говорит доктор Д. — Мы всё равно ничего не можем сделать.
Море было спокойно. Мы всю ночь спали. Когда я продрал глаза, то понял, что мы плывём в тумане. Седой туман укутывал океан, словно пуховое одеяло. Дельфин тыкался носом в борт лодки и урчал, будто пытался что-то сказать. Канат больше его не обвивал. Он был свободен. Дельфин ещё раз, напоследок, ткнулся в борт лодки, издал характерный звук и, нырнув, быстро исчез в тумане.
Мы снова остались одни посреди моря. Мне показалось, что-то впереди мелькнуло. Что-то большое, белое.
Судно… катер…
Сердце у меня так и ёкнуло. Не может быть. Я уже видел это судно. Я закрыл глаза, чтобы видение исчезло. Открыл. Оно не исчезало. Нет, быть этого не может! Это какой-то кошмар!
— Проснитесь! — крикнул я и затряс доктора Д. — Смотрите туда!
— Что? Где мы? — Доктор Д. открыл глаза.
— Дельфин притащил нас к катеру доктора Риттера! — крикнул я сам не свой.
— Не может такого быть! — ужаснулась Шина. — Как же так! Что нам делать?
— Шшш!— прошептал доктор Д. — Тихо. Они ещё не знают, что мы здесь. Может, нам удастся уплыть.
— А куда? — подхватил я.
— Я хочу домой! Я больше не могу! — захныкала Шина.
— Глупый дельфин! — ругаюсь я. — А я-то считал, что дельфины умные. Притащить нас к катеру доктора Риттера!
А туман вокруг — собственной руки не видать. Колышется, будто занавес. От этого возникает ощущение, что катер то есть, то его нет.
Наша резиновая лодка уже стукнулась о нос судна. Я мог коснуться борта руками. Буквы. Я нащупал буквы. Название судна. Пытаюсь прочитать.