Конечно, это не был стремительный уход свечой в небо — когда бетонные плиты оборвались в голубизну лагуны, шасси «Орла» были примерно в трех футах над ними. Еще через пару секунд внизу мелькнула «беззубая челюсть», участок рифа, специально взорванный саперами, чтобы расчистить глиссаду бомбовозам. К сожалению, избавиться от летучих рыб так просто не получалось — ходили слухи, что не один рухнувший сразу после взлета бомбовоз заполучил сразу несколько этих порхающих тварей в радиаторы. Хотя слухи могли преувеличивать — число причин, почему «десятитысячники» могли упасть на взлете, примерно равнялось числу заклепок обшивки.
Но в этот раз — обошлось! «Степной орел», натужно ревя всеми дизельмоторами, вполз на тысячу футов, после чего майор прибрал газ до крейсерского и передал управление второму пилоту. По неписаной традиции командир отвечал за взлет, а вот последующее «восхождение на гору Футурама» сиречь набор высоты возлагалось на его «левую руку». Майору же полагалось четыре часа законного сна — хотя заснуть в тесном «пенале» под грохот одиннадцати дизелей умели далеко не все. Хямяляйнен умел.
Он вернулся в кабину довольным и выспавшимся — как раз вовремя, чтобы увидеть, как по блестящей глади океана почти прямо по курсу ползет одиночный вражеский корабль. «Степной орел» к этому моменту взобрался уже почти на пять верст, но видимость была отличная и в бинокль получалось разглядеть и плоский лист полетной палубы и даже по игрушечному крохотные самолетики на ней.
— Хренассе, авианосец! — второй пилот первым решился озвучить увиденное. — Один, без эскорта, прёт по прямой, без зигзага. Совсем, однако, обнаглели.
— Какой-то он… перекособоченный… — заметил бомбардир, который в споре за бинокль участия не принимал, его прицел и без того позволял отлично разглядывать находящиеся между ног предметы. — Это ж не легкий эскадренный… как он у них там… тип «Шляхетска вольность» или «Шляхетска гордость»?
— Да, что-то новенькое, — согласился майор. — Штурман, занеси в журнал: обнаружен авианесущий корабль противника, опознанию не поддаётся. И координаты добавь.
— А может бомбануть⁈ — вскинулся лейтенант. — Если он даже не маневрирует… это же авианосец, ему и от четырех фугасок больно будет.
Хямяляйнен и второй пилот переглянулись, пряча понимающие усмешки. Сидящий под ними бомбардир был куда менее сдержан.
— Слышь, молодой. Ты на Буревых уже вторую неделю… тараканов местных видел⁈
— Да-а! — судя по голосу, местных тараканов, длиной примерно с вершок, лейтенант действительно видел, и они произвели на него должное впечатление.
— Так вот, молодой! Как научишься ссать так, чтобы в них струей на три сажени попадать, будешь тогда меня учить, чего и как «бомбануть». Уяснил⁈
Глава 7
Глава 7: подводник на стоянке
«Если ты их убьешь, они ничему не научатся!»
неизвестный старшина.
«Когда люди, переплыв пол-океана, впервые ступили на песчаный берег одного из этих островов, то торжественно и пафосно — насколько хватало сил после длительного мотания по волнам — нарекли его 'Трижды благословенный всеми святыми!». Название продержалось недолго, до первого же тайфуна, обрушившегося на остров. Потом уже выяснилось, что Буревые острова лишь окраина огромного архипелага, где стихии порой буйствуют и посильнее — но второе название уже закрепилось на картах и в байках моряков. Особым богатством или хотя бы удобными якорными стоянками острова похвастаться не могли. Но все же настал час, когда в Адмиралтействе Империи какой-то адмирал, глянув на карту, вдруг назвал их расположение «стратегически выгодным». В результате на островах разместилось несколько имперских баз, причем, насколько Ярослав помнил, довольными остались лишь авиаторы, которым здешняя роза ветров чем-то подходила.