— В тот раз обидно вышло… ты не подумай, я не из тех, кто на передок слаб, просто до этого дела охоча. А тут весь рейс блюла, понимаешь, честь и достоинство мужней жены, захожу, а эти двое в моей кровати кувыркаются. И главное, сука такая, когда его уводили, орал, мол, он и меня-то выбрал, потому что на мужика показалась похожа.
— Чушь какая! — как можно более убедительно произнес Ярослав, в последний миг проглотив едва не сорвавшийся с языка похабный анекдот и свободой рукой прижал к себе женщину, насколько позволяла труба перед лицом. — Как у него только язык повернулся.
По правде говоря, он и сам до последнего часа почти не рассматривал главмеха как… объект приложения похоти. На фоне лейтенанта Неринг… доктора Харуми… и еще примерно половины экипажа, существо в рабочем комбезе типа балахон с макияжем из небрежно размазанных потеков сажи выглядело… не очень возбуждающе.
— Ну сисек-то у меня и вправду нет. Знаешь, как раньше шутила: мол, грудь первого размера, зато есть ключ на четыре, хочешь по башке врежу?
— Размер груди, это не самое главное в женщине…
— То-то ты иной раз на Герду косишься поверх чая так, что глаза чуть в чашку не выпадают, — рассмеялась ван Аллен. — Завалил бы уже лейтенантшу, наконец, герой глубинного флота! Она ж тоже по тебе сохнет, считай, с отплытия, а уж после того вашего заплыва…
— Серьезно⁈
— А то! Ты не подумай, я ж не ревнивица какая… ну в смысле, понять могу. Даже мой законный… привел бы бабу, ну, поорала бы, за волосы потаскала, все как положено. А ты вообще один мужик на весь экипаж, впору талончики выписывать, очередь за месяц занимать.
— Меня этот экипаж и так сутки напролет сношает прямо в клетки мозга, — мрачно сообщил Ярослав. — Тут самому бы до койки доползти, да завалиться, не раздеваясь. Даже сейчас лежу и удивляюсь, что сирена не воет. Целых десять минут без присмотра и лодку до сих пор не утопили.
— Значит и за двадцать не утопят, — решила Сильвия. — Не знаю, как там насчет мозга, но вот одна часть бравого капитана совершенно не против на второй заход пойти. Первого раза было явно мало… как и мне.
— Я… руку только помоги вытащить.
— Сейчас, — главмех приподнялась. — А-а, зараза… ну надо же… ключ под настил завалился!
Фон Хартманн живо представил, как будет остаток похода командовать подводной лодкой, лежа под дизельным отсеком — и ему стало по-настоящему страшно.
Газель Стиллман, одинокий скиталец
Аидише глюк махт флюгцойгфарерин цурюк
(Непереводимая поговорка морской авиации Конфедерации)
— Газель — Чёрной базе. Газель — Чёрной базе, — одинокий самолёт двигался в плавном вираже на кромке облаков, — Наблюдаю противника!
На морской глади ковылял с разбитой трубой и следами недавнего пожара в надстройках слегка перекошенный на один бок имперский боевой корабль.
— Газель, это Айвен, — голос капитана звучал предельно спокойно. — Уточните положение и курс цели.
— Курс, — Газель запнулась. — Ноль-три-ноль. Скорость порядка десяти узлов. Лёгкий крейсер Империи. Повреждён. Сопровождения нет.
Зал лётного центра пришёл в торопливое движение. Каждое слово громкой связи раскатывалось по всему отсеку — и операторы позиционных индикаторов уже замерли над своими рабочими местами с восковыми маркерами в руках.
— Координаты: шесть градусов северной широты, сто сорок девять градусов тридцать минут восточной долготы, — радостно, как отличница на экзамене, выпалила Газель. На этот раз она положила самолёт в широкий вираж и села за вычисления заранее, прежде чем выйти на связь. К своему удивлению, справилась она куда быстрее, чем в прошлый раз.
— Капитан, по флоту сегодня поступала шифрограмма о боевом столкновении армейцев на дальних подступах к Маракеи с неустановленным лёгким крейсером, — доложил Такэде Збых Кащенюк. — После короткой перестрелки разбил им носы и ушёл с пожаром на борту, пользуясь выигрышем скорости.
— Видимо, не так уж и далеко ушёл. Поднимайте самолёты. Первую четвёрку истребителей на указанные координаты немедленно, вторую с лёгким бомбовым подвесом — сопровождать пикировщики. Третью с тысячефунтовками, — довольно приказал Такэда, и продолжил, уже под торопливую скороговорку на полдюжины голосов и металлический голос системы оповещения за переборками. — Чёрная база — Газели. Доложите статус?
— Айша без сознания, но стабильна. У меня достаточно топлива, чтобы сопровождать цель и ещё осталась как минимум половина боекомплекта в пулемётах, — зачастила Газель, пока Такэда не предпочёл вернуть её обратно. — Я могу дождаться прибытия дежурного звена и принять участие в атаке. Хотя бы задавим им зенитки. Сейчас я… ой, мамочки!