— Я их… — фон Браун сглотнула и шепотом закончила фразу, — проверяла.
— Проверяла, — так же тихо повторил Ярослав. — Хорошо. Какие же результаты вашей… проверки?
— Вот! — ялик-мичман протянула листок. Обычный, в мелкую клеточку, из школьной тетрадки, с шестью строчками неровной карандашной скорописи.
И вот в этот момент нарочитое спокойствие фрегат-капитана дало сбой.
— Шестьдесят четыре узла⁈
— Командир… — Эмилия сняла очки, — я готова ответить за каждую цифру на этом листе. Головой. Торпеда в четвертом аппарате даст шестьдесят четыре узла на пятнадцать верст. Если этого не будет, можете хоть расстрелять меня перед строем сразу после атаки.
— Сразу после атаки нас всех будет кому расстреливать, — фон Хартманн вернул бумажку торпедистке. — Передайте лейтенанту Неринг, пусть введет эти данные вместо штатных. И… молитесь.
— Я не умею, — вздохнула Эмилия, — у нас в семье было как-то не принято…
— Значит, самое время научиться. Под глубинными бомбами атеистов не бывает.
Спустя несколько минут уже сам Ярослав испытывал острую потребность обратиться то ли к богам, то ли к противоположному лагерю. Качающийся между волн сторожевик хоть и напоминал силуэтом хорошо знакомый тип «Войсковый старшина», но явно был длиннее и больше. Наверняка он читал про него… в училище данные о конфедератских новинках приходили вполне регулярно… но все же одно дело просто проглядеть рассылку, а другое — намертво забить в память, так, чтобы безошибочно узнавать в заливаемый волной перископ с любого ракурса.
— Будем действовать по учебнику! — объявил он, отодвигаясь от перископа. — Герда, приготовьте информационные листы по эскортникам Конфедерации. Задача — идентифицировать идущий впереди конвоя корабль охранения, определить по нему скорость и угол цели.
Искомый корабль нашелся уже на втором листе — эскортный корвет класса «Надпоручник», он же «Войсковый старшина улучшенный», то бишь удлиненный на десять саженей и слегка перекособоченый для улучшения мореходности. А вот на диск атаки Герда взглянула с таким диким ужасом, словно фрегат-капитан подсунул ей пентаграмму для вызова демона. Кое-как она сумела выбрать курс цели, правда, сначала перепутав борта, а затем и вовсе впала в ступор.
— Ну что вы, в самом деле… все же просто. Выставляем пеленг на цель, — фон Хартманн крутанул прозрачную накладку, — дистанцию вы уже замерили по высоте мачты, скорость тоже… или еще нет?
— Н-нет.
— Так замеряй! Секундомер в руку, засекаешь две минуты и вперед!
Неужели я сам был таким же тупым и неуклюжим, подумал фрегат-капитан, глядя на Герду Неринг. Или я был еще хуже?
— Переворачиваешь диск, — вслух произнес он, — выставляешь дистанцию до цели. Смотришь разницу между пеленгами… сколько там получается?
— Шесть и еще полтора.
— Полтора, это твоя ошибка в измерениях, — пояснил Ярослав. — Не подпрыгивай так, для беглого замера через перископ результат отличный. Все, основные данные получены, можешь вводить. Эти ребята настолько самоуверенны, что даже зигзаг не делают, прут с постоянным курсом и скоростью… а на войне, — почти ласково закончил он, берясь за рукоятки перископа, — так нельзя, за это больно наказывают.
Сейчас конвой и ползущая в режиме подкрадывания подводная лодка шли курсом схождения под углом сорок градусов. К радости Герды Неринг — и самого фрегат-капитана — решение торпедного треугольника с учетом кучи поправок брал на свои реле хитрый электромеханический агрегат. И сейчас фон Хартманн собирался в полной мере использовать его возможности, раздав «всем сёстрам по серьгам».
— Всем торпедам углубление три фута! Аппараты на товсь. Первая цель… дистанция четыре двести… четвёртый аппарат пли! Вторая цель… три девятьсот… — в перископе неуклюже перевалилось главное судно конвоя, танкер водоизмещением на восемь-девять тысяч — первый и третий… пли! Третья цель… две семьсот… второй и пятый — это был тот самый «Надпоручник» и Ярослав рассчитывал, что даже от одной торпеды ему резко станет не до преследования атаковавшей конвой лодки, — пли! Четвертая цель… три двести… шестой… пли! Перископ опустить, курс лево сорок, погружаемся на тридцать саженей!
Конечно, было бы здорово всплыть после атаки, дав девчушкам полюбоваться на гибнущий танкер. Если издалека, это не страшно, это красиво — огонь на воде и уходящий в небеса громадный столб дыма. Главное, не подходить настолько близко, что становиться видно мечущиеся среди языков пламени фигурки…
…и слышать, как они кричат.
И снова секундная стрелка ползла по циферблату, на этот раз — еще медленней, чем обычно. Минута, минута двадцать… на ста восьми секундах «Имперец» вздрогнул от первого взрыва. Одного — значит, вторая про эскортнику промахнулась. Зато следующий взрыв был сдвоенным, в тушу танкера пришли обе торпеды. Через пять секунд один за другим громыхнули еще два взрыва… и в центральном посту вновь стало очень-очень тихо.