Поднявшись на ступеньки крыльца, она встала на цыпочки и спрятала лицо в душистых гроздьях белых цветов. И тут Кристин подумала о себе. Впервые в жизни у нее был дом, где она могла оставаться самой собой.
Не входя в дом, она уселась на ступеньках, задумчиво глядя на долину, освещенную заходящим солнцем. Нежные краски заката на горизонте действовали на нее успокаивающе. Кристин думала о Селдене – что принесли ему годы их разлуки. Ее мысли сосредоточились на их последней встрече в «Доме на холме». Она постоянно вспоминала эту встречу, и воспоминания заставили ее приехать в Маренго. Калейдоскоп минувших суровых дней медленно разворачивался перед Кристин: бегство Клема, унизительное возвращение в Айвенго, помощь Селдена, работа после Айвенго, решение отыскать Селдена и снова он сам…
Постепенно лицо Кристин прояснилось, брови перестали хмуриться, губы сложились в нежную улыбку. Ее небрежная поза была полна грации. Во всем облике проступала особая мягкая женственность, даже уродливая одежда ее не портила.
Закат догорал, а Кристин все еще неподвижно сидела на ступеньках. Наконец, она встала и, повернув в замке ключ, вошла в дом. Когда она переступила порог, в лицо ей пахнуло затхлостью нежилого помещения. Открыв окна, Кристин обошла дом. Он состоял из кухни, ванной, спальни, столовой и гостиной. Небольшой, но удобный домик был обставлен с большим вкусом. Через полчаса пришел мальчик и принес продукты. Кристин нашла в кухне уголь, и немного погодя уже сидела за ужином, очень довольная первым днем пребывания в Маренго. Она торопилась покончить с едой: хотелось скорее распаковать вещи.
Перетащив чемодан в спальню, Кристин начала вынимать одно за другим платья. Они были подчеркнуто простыми и мало отличались от тех, которые носили жены мастеров. Наконец, она дошла до большого свертка, завернутого в плотную бумагу. Кристин шаловливо присела перед ним и положила на стул. Осторожно разворачивая, она вынула из него грязные, черные от угольной пыли, штаны и бросила их на пол. За ними последовала вязаная куртка, которая когда-то была голубой, но теперь почти утратила первоначальную окраску. Тяжелые башмаки и толстые шерстяные чулки также очутились на полу. Поверх куртки Кристин положила шахтерскую шапку и лампу.
Стоя посреди комнаты, она переводила глаза с пола на кровать, где были разложены платья.
– Самый лучший туалет, – пробормотала Кристин, глядя на костюм шахтера. Осторожно свернув, она положила его на дно ящика, стоявшего в углу огромного комода.
Глава 12
Некоторое время после приезда Кристин ничего не предпринимала для осуществления своего плана. Целые дни она занималась уборкой своего маленького домика: чистила, скребла, мыла, пока весь он не заблистал чистотой. В скитаниях по шахтерским поселкам ей надоели неуютные пансионы, и теперь она радовалась своему дому, где была полновластной хозяйкой. Кристин оправдывала себя тем, что ей нужен отдых и она может свой отпуск провести так, как ей хочется, но в душе радовалась домашним хлопотам. В ней просыпался инстинкт женщины – желание иметь свое уютное гнездышко.
Свет по вечерам в окнах ее домика привлек внимание местных жителей.
«Кто это живет в коттедже Кеда? – говорили в поселке. – Кто бы это мог быть?»
Но дальше разговоров дело не пошло. Никто и не пытался завязать с ней знакомство.
Кристин нравилось одиночество. Вскоре после того, как в доме все было вычищено, она сказала себе, что отпуск кончился и пора приниматься за дело. Наутро она отправилась в контору. Иервуд встретил ее без особого удовольствия, но данное Кенту обещание заставило его быть любезным. Он не терпел женщин, сующих свой нос в угольное дело.
Когда молодая женщина вошла в кабинет, Иервуд неприветливо поглядел на нее через очки в золотой оправе. Не дожидаясь приглашения, она опустилась в кресло.
– Есть ли у вас время? Я бы хотела переговорить с вами, мистер Иервуд, – сказала Кристин.
Иервуд проворчал:
– Я занят – впрочем, как всегда. Но давайте поговорим.
Зная его враждебное отношение к женщинам, Кристин улыбнулась. Иервуд, неуклюже встав, закрыл дверь. Кристин разглядывала кабинет. Она снова была знающей, деловой женщиной – сотрудницей Мэллори Кента и доверенным лицом отдела охраны и безопасности.
– Говорил ли вам мистер Кент о цели моего приезда? – спросила она деловым тоном.
Иервуд отрицательно покачал головой.
– Мистер Кент сообщил, что у вас поручение от его отдела и что вам предоставлена свобода действий, а я ему на это сказал, что ничего не хочу знать и не желаю, чтобы меня беспокоили по пустякам.
– О последнем можете не беспокоиться. Но прежде, чем я начну работу, мне понадобится некоторая информация.
Иервуд угрюмо улыбнулся.
– Прекрасно. В чем дело?
Кристин начала разговор издалека. Она не собиралась обнаруживать свой интерес к Джерарду Селдену и, кроме того, хотела выяснить некоторые детали, знание которых помогло бы ей избежать ошибок.
– Я полагаю, это наклонная шахта? – спросила она.
Иервуд утвердительно кивнул головой:
– Тридцать восемь футов от входа в шахту до подъемника и пятимильный проход вдоль угольной жилы.
– Сколько у вас работает человек?
– Около трехсот.
– Кто ваш шахтный надсмотрщик? Кристин задала первый нужный ей вопрос.
– Минто Ньюэлл.
– Ньюэлл? – Кристин сделала вид, что припоминает. – Он не из Западной Виргинии?
– Нет. Он уже работал здесь, когда я приехал. Кристин узнала то, что ей было нужно: главный надсмотрщик не смог бы ее узнать. Тогда она задала вопрос, маскирующий первый:
– Хороший он работник? Можно ли ему доверять?
– Ньюэлл неплохо справляется со своим делом, но не думаю, что Компания когда-либо сделает его управляющим.
– Кто замещает вас, когда вы в отъезде?
– Обычно Мендж.
– Кто он?
– Местный инженер. У меня нет постоянного заместителя.
– Имеется ли у вас сдельная работа?
Теперь она задавала вопрос, который приближал ее к цели визита.
– Почти вся добыча идет на подрядах. Мы довольно успешно ведем эту работу. Кроме того, при таких условиях меньше хлопот для Компании.
– На каких условиях вы предоставляете сдельную работу?
– Я думаю – на тех же, что и в других шахтах. Компания нанимает подрядчиков работать на поставку и платит им шестьдесят четыре цента за тонну угля. Из них подрядчик выплачивает рабочим сорок центов за добычу и еще десять центов ему стоят подрывные материалы. Мы только доставляем уголь из шахт.
– Таким образом, Компания не имеет прямых отношений с рабочими?
– Компания имеет отношение к самой работе и к содержанию шахты в порядке. У нас есть свои рабочие-механики и специальные команды. Расчеты со всеми рабочими идут через Компанию. Счет подрядчика находится у нас. Рабочие из артели подрядчиков получают чеки на нашу лавку так же, как и служащие Компании. Разницы между рабочими, нанятыми Компанией, и теми, кого взяли подрядчики, нет, – пояснил Иервуд.
– Сколько у вас подрядчиков?
Иервуд начал терять терпение – его раздражали спокойно задаваемые вопросы.
– Скажите, какова цель этого допроса? Я не вижу… – резко сказал он.
Кристин его перебила.
– Информация необходима для отдела безопасности, – сказала она. – Я должна получить ее немедленно. Об этом вам говорил мистер Кент.