- Ты вечно недоволен, Михаэль! Что опять не так? – не понял озабоченности сослуживца Клаус.– Тебе прислали шоколад, а ты нос воротишь! Фюрер думает о тебе, о том, чтобы тебе и твоим подчинённым было с чем попить чай, а ты говоришь, что это суррогат.
- Фюрер… думает… о нас, – делая между словами паузы, задумчиво произнёс Михаэль, вертя в руках сладость. – Я тебе скажу так: нормальный шоколад выглядит и, - он понюхал плитку, - пахнет по-другому. Ты просто никогда не ел хорошего шоколада, а у моей семьи до 18 года была своя кондитерская лавка. А этот ещё и горький, всё равно что гудрон жевать. Никогда не любил горький шоколад, невозможно понять, что в него намешали.
- По-моему, ты перегибаешь, дружище, - не согласился Клаус. – Грех жаловаться, в конце концов, надо радоваться тому, что у нас есть хотя бы такой шоколад, хотя и не понимаю, о чём ты говоришь.
- Тебе решать, можешь забрать мою долю себе, я это всё равно есть не стану, - махнул рукой угрюмый Михаэль и кивнул в сторону отвернувшегося к стене Пауля. – А лекарства какие-нибудь выдали?
Клаус полез в карман серой шинели и вытащил оттуда смятый бумажный пакет с порошками и таблетками.
- Доктор Хаузер сказал, что это от жара, - сообщил он. – Надо разогреть воды.
- Уже, - сообщил Михаэль, разливая из обгоревшего чёрного чайника кипяток по алюминиевым кружкам.
***
- Старый Хофф сказал, что наше положение ему напоминает Верден, - держа горячую кружку обеими руками, произнёс Пауль. Он наконец-то кое-как привёл себя в вертикальное положение и выпил сразу две порции горького порошка, который принёс Клаус.
- Старый Хофф может засунуть свои слова себе в свой баварский зад! – выругался штурмбанфюрер Беккер. - Мы однозначно выйдем из окружения и однозначно победим в этой войне. Иначе просто быть не может! Ты же сам видел этих русских, это малограмотные дикари!
- По-моему, ты слишком серьёзно относишься к пропаганде, Клаус, - встрял в разговор Михаэль. – За последние месяцы, все мы должны были сделать соответствующие выводы.
- И это говорит человек, который готов был сдать меня в Гестапо? – рассмеялся Клаус, и все тоже рассмеялись, даже Пауль, смех которого тут же перешёл в сухой, жёсткий кашель.
- Если бы я тебя хорошо не знал, то решил бы, что ты распространяешь пораженческие настроения, - наконец, произнёс Михаэль, хлопая ладонью Пауля по спине, чтобы тот побыстрее откашлялся. – Может, по шоколадке? Шнапс не предлагаю, завтра, говорят, будем выступать. Так что, Пауль, ты уж будь добр поправляйся.
Шваб лишь коротко закивал, сделав очередной глоток горячего чая.
- Ну, давай, остальное оставим на крайний случай, - неожиданно смягчил свою позицию относительно второсортного десерта Михаэль. – Ещё успеем употребить. Лучше давай тушёнку вскроем, тем более, каша уже готова.
- Всё равно плохо, - прохрипел Пауль.
- Что именно, друг?
- Пока мы здесь мёрзнем, мы толком ничего не делаем. Нас снабжают, это верно, но мы не принимаем участие в сколь-нибудь значимых боевых действиях. Где-то сейчас явно не хватает наших сил.
- Ты пессимист, Пауль, - Беккер насадил добротный кусок тушёнки на свой нож и незамедлительно отправил его в рот. – У тебя стакан наполовину пуст. Посмотри на это с другой стороны – это русским сейчас приходится отвлекать на нас значительные силы, из-за чего они не могут толком противостоять нам на других направлениях.
Пауль ничего не ответил. Михаэль тоже промолчал.
***
- Группа разведчиков пропала, - вдруг произнёс Клаус, когда они уже доедали ужин. – Не вернулись к означенному времени.
- Это война, - пожал плечами Михаэль. – Могли попасть в засаду, ты же не забыл, что мы в окружении?
- Кто входил в группу? – хриплым голосом спросил Пауль.
Клаус, казалось, замешкался с ответом.
- Всех поимённо не знаю.
Пауль выжидающе смотрел. И Клаус, в итоге, сдался.
- Командовал группой Август.
Пауль лишь закивал головой. Август Кригер был его одноклассником и школьным другом. Других разведчиков с таким именем в их дивизии не было.
- Ну, может, они ещё вернутся, может просто заблудились? - попытался подбодрить своего товарища Клаус.
Пауль молча, с отсутствующим взглядом жевал тушёнку. Разведчики. Заблудились. Ну-ну.
- Как бы нам всем не потеряться в этих чёртовых лесах, - произнёс Михаэль.
***
Хорошая тушёнка. И каша тоже. Жить можно.
- Два дня назад один солдат видел девочку прямо в лагере, там, где самолёты приземляются.
- Из местных?
- Да кто ж её знает, попытались подманить конфетами, а она ни в какую. Так рассказывали.
- Ты понимаешь. Что это могла быть разведчица партизан?