- Понимаю, и часовой понимал.
- И?
- Потому и застрелил. Хотя откуда её было здесь взяться. До ближайшей деревни просто так пешком не доберёшься.
- Что сделали с телом?
- Не стали искать.
- В смысле? Тогда откуда известно, что застрелили?
- Часовой уверял, что попал, да и его напарник подтвердил. Допускаю, что тело утащили волки, или рысь. Этого зверья здесь полно.
- Так ты расстроен из-за того, что убили ребёнка? Успокойся, это, в первую очередь враг, и всего лишь ещё один недочеловек.
***
Утром от графа Вальтера фон Брокдорф-Алефельда поступил приказ выдвигаться. Как сообщило командование, дела у шедших на подмогу сил обстояли очень даже не плохо, поэтому было решено, что лучшего момента для удара по большевикам – снаружи и изнутри котла – может уже и не быть, надо было воспользоваться благоприятно складывающейся ситуацией.
Выходили несколькими колоннами. Где-то впереди, в стороне противоположной от той, где ещё даже не занимался рассвет,– какие же здесь всё-таки долгие зимние ночи! – уже слышались отголоски канонады, там шёл бой.
Небо на удивление расчистилось, и можно было наблюдать постепенно тускнеющие звёзды.
***
- Dumpfkopf! – отчитывал Михаэль водителя головного транспорта, готовый ещё чуть-чуть и учинить рукоприкладство. – Куда ты свернул, придурок?! Как ты не заметил поворота?!
- Метель, господин оберштурмбанфюрер! – таращил на него глаза водитель в белом маскхалате, в то время как на его лице оседали свежие снежинки, которые уже даже не таяли, а налипали одна на другую.
- Вместо того, чтобы жрать за рулём конфеты, надо было смотреть на дорогу! – не успокаивался оберштурмбанфюрер Кнайсель, когда ему на глаза попалась обёртка от шоколада, валяющаяся на водительском сиденье.
Стоит признать, что час назад метель действительно внезапно началась нешуточная, из тех, о которых говорят – не видно ни зги. Причём совершенно внезапно, ничто не предвещало её начала. Правда сейчас она рассеялась, как и не бывало, вот только понять, где оказались несколько машин, набитых пехотой, пара ханомагов и танк, было абсолютно невозможно.
Можно было бы сказать, что они стоят на дороге, вот только где эта дорога, доже Дьявол не расскажет! Колонна крайним транспортом упиралась в край соснового бора, а остальной составляющий её транспорт растянулся в чистом поле, как на ладони.
Кругом лежит нетронутая белоснежная перина, будто по ней не проехали только что несколько единиц тяжёлой техники. А позади из неё частоколом торчат сосны, по которым вообще было не понятно, а была ли тут вообще дорога или хотя бы просека или нет. Как они вообще петляли между ними?! Вековые сосны равнодушно потрескивают на морозе, и этот звук отдаются гулким эхом вокруг. Каркает одинокая ворона.
Впрочем, впереди ситуация была ничуть не лучше – открытое поле без малейшего намёка на дорогу. Хочешь ехать – езжай! Вот только куда?! Да и риск провалиться в какой-нибудь скрытый под снегом овражек был весьма высок.
Оберштурмбанфюрер выругался и плюнул под ноги.
Небо оставалось всё таким же затянутым плотным покрывалом серых облаков, сквозь которое не проглядывалось ни пяди чистого неба. Из-за облачности даже толком было не понять, где север, а где юг.
- Господин оберштурмбанфюрер, я думал, что впереди идёт наш транспорт! Думал, что это светятся фары! Следовал за ними! – продолжал оправдываться рядовой. – Не было ничего видно, только огни габаритов! Я шёл строго за ними!
- Думал он! – снова плюнул в снег Михаэль и подошёл к своим сослуживцам Клаусу и Паулю, которому вроде как стало лучше, или это он просто пытался таким казаться, впрочем, теперь это уже было не важно. Водитель грузовика остался стоять на месте, как вкопанный. – Что будем делать?
Клаус ещё раз огляделся: позади – лес, впереди – поле. Никаких признаков человеческого жилья. Выбор любого направления в таких условиях может привести к тому, что они нарвутся на превосходящие силы большевиков. К тому же, как назло, рация отказалась работать. Точнее, работать-то она работает, но вот кроме помех ничего не выдаёт. Радист продолжал попытки выхода на связь, но пока всё бессмысленно.
- Предлагаю дождаться, когда прояснится небо, - наконец, сказал он. – Сориентируемся по солнцу или по звёздам, пойдём на запад.
Пауль прокашлялся.
- Думаю, это будет вернее всего, - согласился он с оберштурмбанфюрером и поглядел под ноги, которые буквально по колено утопали в плотном снегу. Было ощущение, что он здесь лежал уже очень и очень давно.
- А может, поехать в обратном направлении, по хвосту колонны?
- Я чётко помню, что мы поворачивали несколько раз, - возразил Клаус, - это ничего не даст, только ещё больше заплутаем.