***
По заснеженному лесу с трудом пробирались десять человек. Впереди, обгоняя всех по глубоким сугробам, шествовал штурмбанфюрер Клаус Беккер. Рядом с ним - оберштурмбанфюрер Михаэль Кнайсель. Остальные солдаты растянулись редкой вереницей за ними. Особенно отставали раненые.
- Рысь! – внезапно завопил Клаус, и хотел было выпустить по животному очередь, но Михаэль вовремя перехватил его руку.
- Стой! Тут могут быть партизаны! – выискивая глазами опасное животное, воскликнул Михаэль. – Ты нас выдашь! Да и где эта твоя рысь?!
- Ну, там же, там! – показывал куда-то в сторону Клаус. – Дерьмо! Она убежала! Надо было стрелять!
- Зачем? – не понял Кнайсель. – Что бы ты с ней сделал?
Клаус, казалось, застыл, обдумывая ответ. На какое-то мгновение его взгляд остекленел, потеряв всякое выражение.
- Что? – вдруг спросил он, словно очнувшись.
- Что бы ты сделал с рысью, которую намеревался застрелить? – повторил вопрос Михаэль.
- Какой рысью, - уставился на него Клаус. - Ты вообще о чём?
Настало время удивляться Михаэлю. Он всмотрелся в лицо своего товарища, разглядывая его глаза. Зрачки были расширены, причём один был явно больше другого.
- Ты только что собирался стрелять по рыси, которую заметил в чаще! – напомнил он.
Клаус продолжал смотреть на Михаэля непонимающим взглядом.
- Наверное, тебе показалось, - наконец, произнёс он.
- Хм, может быть, - отступая на шаг, тихо ответил Кнайсель. – Мы все устали, может привидеться всякое.
- И послышаться, - добавил Беккер.
Его охватило внезапное чувство голода, вернее, желание сладкого, и он потянулся к шоколадной плитке, которую ещё вчера получил из рук Михаэля.
Он не любил горький шоколад, но сейчас особо выбирать не приходилось. Мозг требовал глюкозы и кофеина, которого в шоколаде было предостаточно.
Михаэль подозвал оставшихся солдат, чтобы те попробовали развести костёр. Да, дым может быть виден над деревьями, но обнаружить их с самолёта всё равно будет трудно, стрелять или сбрасывать бомбы придётся практически наугад, а вот замёрзнуть бы не хотелось.
Юркая тень шмыгнула границе поля зрения, что заставило Михаэля резко обернуться в ту сторону.
- Что ты увидел? – настороженно поинтересовался Клаус.
- Не знаю, - пожевал потрескавшуюся губу Михаэль. – Скорее всего, животное.
- Рысь? – подначил Беккер.
Михаэль не стал вновь поднимать тему странного, как ему казалось, поведения товарища, которое стало казаться ему каким-то нехорошим розыгрышем.
Могло же ему показаться? Могло. В этом нет ничего удивительного. А он мог услышать что-то не так? Мог. Наверное.
Вскоре слабенький язычок пламени кое-как зацепился за полусырое поленце, на которое плеснули шнапсом. Вокруг горящего костра образовалась хрупкая ледяная корка. Теперь, главное, чтобы огонь не погас, можно будет заварить чаю, или просто попить кипятка, набрав и растопив снег, с тем же шоколадом.
Всё-таки хорошо, что его вчера доставили, подумал Михаэль. В любое другое время он бы отказался его есть, не любитель, но сейчас он был то, что нужно его переохлаждённому и уставшему организму, то, что придавало ему сил и бодрости.
В какой-то момент вокруг наступила звенящая тишина, только потрескивал охваченные хлипким пламенем хворост. Из-за этого Михаэлю даже показалось, что у него заложило уши, но нет, когда он щёлкнул затвором, по лесу разнеслось гулкое эхо.
- Не делай так, - рекомендовал Клаус. – Может привлечь внимание.
- Я подумал, что оглох, - оправдался Михаэль.
Странное ощущение, он словно бы очнулся ото сна, хотя точно помнил, что не спал, да и забыться сном сейчас, было бы равносильно тому, чтобы подписать себе смертный приговор.
- Волки, - произнёс один из солдат, грея руки над огнём.
- Что волки? – не понял Кнайсель.
- Не хочу, чтобы меня съели волки, господин оберштурмбанфюрер - ответил солдат. Кажется, его звали Фриц.
- Ты же Фриц? – уточнил Кнайсель,
- Да, Фриц Ханке, - кивнул роттенфюрер.
- Нас не съедят, мы выйдем из леса! Надо верить и не сдаваться! Съешь тушёнку, выпей чаю с куском шоколада, он очень помогает, придаёт сил, хоть и горький.
Солдат – сладость, похоже, вчера получил весь личный состав – развернул обёртку и со звонким щелчком откусил от тёмной плитки.
Где-то наверху громко каркнул ворон. Люди вздрогнули, а в следующий миг на костёр сверху упала большая подушка снега. Огонь зашипел и погас, оставив после себя лишь горький сизый дым, тянущийся тонкими струйками кверху.
- Дьявол! – ошарашенно прошептал другой солдат.
- Дьявол здесь ни при чём, - пресёк возможную панику Михаэль. – Надо было лучше выбирать место для костра.