Михаил отмер, тряхнул головой и, медленно захлопнув дверь, задумчиво пошел в обход машины спереди. Я проводила его взглядом и осознала, что пристально наблюдаю за ним весь день. И выводы получались интересные. Что работа его успокаивает, придает ему уверенности. Нет, не так. Он, словно пускает корни, становится устойчивым. Для него это важно.
За весь день он ни разу не повысил голос, не выражался. Правда особо никого и не было сегодня. Сотрудники почти не заходили, только зыркали через стекло, проходя мимо.
А его готовность поддержать приятно удивила. Основательность, так я для себя охарактеризовала его фигуру сегодня.
- Приехали, - буркнул он куда-то в сторону своего окна.
Оказалось, мы уже на месте, а я даже тишины между нами не заметила, провалившись в свои размышления. Машина стояла под знаком стоянка машин запрещена, зато прямо напротив входа в парк.
- Спасибо. - Я взялась за ручку. - До завтра.
Мне в спину раздалось невнятное “угу”. Я не обернулась, уже заметив Виталия. Он шел мне на встречу, с прищуром рассматривая машину, из которой я только что вышла и одновременно приветственно махал мне рукой.
Я вглядывалась в знакомые черты и никак не могла уловить какое-то несоответствие. В нашу последнюю встречу, разговор закончился ничем. Каждый остался при своем. Я - что у каждого свой путь, он - что вся моя самостоятельность и независимость полная ерунда.
Глава 15
Михаил
- До завтра.
Хлопнула дверца и я остался в машине один. Выдохнул, глаза проскользили вслед уходящей девушке.
Ей на встречу шел какой-то офисный мужик в костюме, с потрепанной кожаной планшеткой через плечо. Ой, как мы расстарались-то. Цветочков в руках не хватает - жених блять. Чё ты вырядился то? Не знаю почему, но этот персонаж вызывал у меня неприязнь. Хотя почему не знаю - знаю.
Хорошие, послушные мальчики в костюмчиках. Были у нас такие в детдоме. Чистенькие, аккуратненькие. Похвала, поблажки. Иллюзия любви. По сути - манипуляция. Такими удобно управлять. А мы? Шпана в драных джинсах. Свобода! Никто не просит ни у кого любви. Никто не ждет. Даже когда своих родителей встретил - не просил. Не принимал. Так проще. Да, мы смирились, что вся эта лучшая жизнь не для нас. И маски нам не нужны. Костюмом меня не обманешь. Не надо ля-ля.
Наши взгляды на мгновение встретились и мои челюсти непроизвольно сжались. Тот быстро оценил взглядом машину и мою свирепую морду. Демонстративно опустил стекло до упора и положил забинтованную руку на раму. Боль прошила так, что аж ругнулся сквозь зубы. Лицо стало еще более “дружелюбным”. Заебись, называется понедельник.
Его глаза в ответ самодовольно сощурились и он, не задумываясь, положил руку Агате на талию, увлекая ее в сторону парка. В этот момент я остро пожалел, что не вижу ее лица. Мой взгляд съехал на ее обтянутые атласом, ритмично двигающиеся, упругие ягодицы и я невольно сглотнул. Поерзал на сиденье, пытаясь найти более удобное положение. Перед глазами, застывшим кадром стояла картинка, как Агата садилась в машину - тонкая талия, еще больше подчеркнула бедра. В съехавшем разрезе, мелькнула развилка ног. Свои руки я успел поймать в последний момент, пока они не нашли приключений на мою голову. Как женщина, Агата и правда впечатляла. Да, она слишком правильная, уравновешенная и занудная, но ее красоты это не умаляло. И что она нашла в этом задроте?
Худой, невысокий, Агата на своих каблуках была одного с ним роста, но этот лузер умудрялся смотреть на нее с превосходством. Знаю я таких. Воду в уши лить хорошо умеют. Чем интересно взял? Уж не костюмом точно.
Около нее постоянно вьются какие-то мудаки. Нахмурившись, я машинально почесал бороду. То кудряшка эта улыбчивая с дружком своим - узкоглазым айдолом, теперь еще ее бывший нарисовался. Все эти костюмы и галстуки отдавали глухой казенщиной - ожидания общества, рамки, ограничения, весь этот успешный успех. Фу. Толи дело джинсы, кроссы и косуха - комфорт и практичность! Не то, что весь этот официоз и формальность.
Она не обрадовалась звонку - слышал это даже по тону. И домой, ни слова, ни намека, будто двери так и захлопнуты. Вдруг ловлю себя: чертовски хочется туда - к ней. На ее территорию. В то пространство, куда пускают не всех. С накатанным желанием разглядеть ее вещи, понять, чем она живет.
Моя берлога…, чтобы они подумали, если бы увидели? Мало мебели, почти ничего лишнего. Пустота - да. Сам от всего лишнего избавляюсь. Меньше вещей - проще жить, меньше париться. Кому нужен этот уют и забота? Да и редко бываю дома, к чему разводить порядок. Чем меньше барахла, тем меньше убирать. Еще с детдома знаю - не привязывайся ни к чему.