- Спасибо, - тихо говорю, расстегивая ремень безопасности.
Я закрываю за собой дверь, и машина со звериным рычанием срывается с места. Я даже до подъезда не успела дойти. Губы предательски дрогнули. Вышвырнул, как нашкодившего котенка! И снова фигура отца вылезла на передний план. Это его любимый метод - наказывать молчанием: “Подумай над своим поведением Агата”, “Ты не заслужила, чтобы на тебя смотрели, говорили с тобой и уж тем более слушали”. Почему с появлением Михаила, я так часто вспоминаю об отце?
Уже дома заваривая себе чай, поняла - я вторглась на чужую территорию и навязала свою помощь, о которой никто не просил. Пусть даже из благих побуждений, не важно. Включила училку. Заставила его почувствовать себя слабым. А этого, этот огромный Медведь себе позволить не может. Я всмотрелась в свое отражение в темном стекле заварочного чайника. У каждой берлоги свои законы, понимаю. Но, я могу быть рядом, не только когда удобно. Дружба - это еще и упрямство. С другими мужчинами держать дистанцию было легко, с Михаилом так не получалось. Может быть потому, что он сам всех держал на расстоянии?
Приду завтра с йодом и ватой - посмотрим кто кого.
Глава 18
Во всем есть свои плюсы. Во вчерашнем, неожиданно коротком, рабочем дне я нашла сразу несколько. Во-первых - работать дома мне привычно и комфортно. Оставленные впопыхах в кабинете у Михаила планер и блокнот никак на это не повлияли. Я переделала кучу дел. Надеюсь что и у раненого “гризли” день прошел хорошо - он отлежался и дал своей руке покой. Во-вторых, я вылизала всю квартиру и была довольна как никогда.
Сегодня на мне было моё любимое шелковое платье, нежного пудрового оттенка. Хотелось идти медленно и чувствовать как оно ласкает тело при каждом движении - поглаживая, обволакивая кожу своей нежностью. Свежесть утра приятно холодила, внося в мысли четкость. В противовес последним дерганным дням хотелось замедлиться, заземлиться. Выпить лишнюю чашку кофе или чая. Сумочку приятно оттягивали стерильные салфетки, бинт и йод, придавая устойчивости моим намерениям.
В просторный холл я шагнула уверенно. Около кофемата стояла небольшая очередь, по воздуху плыл аромат свежесваренного эспрессо. Зато около лифтов было пусто. Шагнув в зону видимости стеклянной стены, моего временного офиса, я увидела, что Михаил уже на месте и не один. Напротив него стоял Владимир, напряженно заложив большие пальцы рук за ремень на джинсах, он что-то тихо говорил. На лице Михаила легко читалось раздражение и готовность закончить неприятный, по всей видимости, для него разговор. Его здоровая рука выбивала нервную дробь. Забинтованную, он снова спрятал под длинный рукав лонгслива.
Интересно, а как он выглядит когда слышит что-то приятное? Память услужливо подкинула картинку его мальчишеской улыбки в машине и на обеде. Сразу захотелось что-то сказать или сделать, чтобы увидеть ее снова.
Но, стоило мне переступить порог, как хмурый взгляд хозяина кабинета тут же переместился на меня и замер, обхватив всю целиком, от высоко забранных волос до кончиков шпилек. Шелк платья стал будто еще тоньше. Я невольно прикрыла низ живота сумочкой, сжала ее двумя руками, словно пытаясь укрыться от этого пробирающего взгляда. Внутри шевельнулась неловкость, и я почувствовала, как кровь приливает к щекам.
Его глаза сузились в ответ и я заметила, как в них мелькнуло что-то отчужденное, словно его мысли были далеко, не здесь. Он чуть наклонил голову, пытаясь скрыть лицо, и в этот момент я поняла - он не рад моему появлению. Я не вовремя.
Владимир мгновенно обернулся, его лицо засияло искренней улыбкой, словно он только что вспомнил что-то очень приятное. В его глазах заиграли искорки, а в движениях появилась легкая растерянность, будто он хотел скрыть свое удивление и сразу же переключиться на дружелюбие.
- Ага-а-ата, рад тебя видеть, - его сияние стало еще интенсивнее. - Он не стесняясь прошелся по мне взглядом, словно оценивая произведение искусства. - Шика-а-арно выглядишь! - добавил он, широко улыбаясь и разворачивая руки в жесте, будто показывал всему миру, что перед ним -настоящее сокровище. - Загляденье. - Причмокнув губами, он снова сверкнул белозубой улыбкой.
- Спасибо Владимир. - Я вернула ему улыбку. - Ты очень щедр. Я тоже рада тебя видеть. - Доброе утро Михаил. - Я повернулась к хмурому “медведю”, решив проигнорировать его реакцию. - Как рука? Выглядишь значительно лучше. - Лучшая защита - это нападение. К чему откладывать?
- А, что с рукой? - Улыбка блондина мгновенно погасла. Взглядом он уже обшаривал руки брата, скрытые рукавами. - Ты же сказал царапина. Не затянулась еще? - В его голосе нотки беспокойства смешивались с хорошо замаскированной злостью. И не дождавшись ответа, он перевел на меня вопросительный взгляд. Я прикусила губу. Чувствовала себя слоном в посудной лавке, куда не повернись, что-нибудь задену - получается я невольно влезла в их семейные отношения.