Мои пальцы тихонько сжали ткань его лонгслива и зачем-то легонько погладили выступающие бинты под ним. В глазах Михаила застыл нечитаемый взгляд.
И тут, скандал за моей спиной вышел на новый уровень. Жертва телефонной разборки материализовалась рядом. Ей оказалась миниатюрная девушка, с коротким хвостиком рыжих волос и личиком, усыпанным милыми конопушками. Нос пуговкой, предательски покраснел, а пухлые губы подрагивали, от сдерживаемых слез.
- О, явилась! Вот же лупадрянь какая!
Краем глаза, я заметила движение. Михаил прошел мимо, молча обхватил хама поперек туловища и не притормаживая понес через двор и детскую площадку. Мужик захлебнулся на полуслове, но ненадолго. Михаила это не волновало, он нес его словно мешок с картошкой - молча, равнодушно и по одному ему известному маршруту.
Я не сразу поняла, куда он тащит свой груз, а когда поняла - ничего сделать не успела.
Михаил сбросил, визжащего мужика в мусорные баки на границе двора и не останавливаясь, пошел назад.
Вопли дебошира стихли, из баков раздавалось только позвякивание стекла, чавканье мусора и неразборчивое бормотание, перемежаемое хлюпаньем и проклятьями. Девушка ушла от греха подальше.
Михаил вернулся и снова встал напротив. Вся его поза: вызов - “я такой”. Глаза блестели, в них вернулась жизнь.
Я пребывала в ступоре. С одной стороны - я была возмущена его бесцеремонностью в решении вопроса, который не имел к нему отношения! С другой - восхищена его силой, решимостью и бескомпромиссностью.
- Ты всегда так кардинально решаешь вопросы, которые тебя не касаются?
Михаил склонил голову к плечу и молчал, только желваки ходили ходуном и выдавали сдерживаемые эмоции. Темные зрачки заполнили всю радужку, создавая зловещий эффект.
- Я сам выбираю, какие вопросы меня касаются и решаю их так, как считаю нужным и правильным.
Его резкий шаг вперед моментально сократил дистанцию между нами. Взгляд приковал, я как кролик перед удавом не могу отвести глаза. Его рука (та самая, что только что таскала мужика) резко, почти рефлекторно, движется к моему лицу. Он захватывает мой подбородок пальцами, принуждая держать голову так, как ему нужно, чтобы смотреть мне прямо в глаза. Грубо. Коротко.
Я резко вдыхаю, но не успеваю отстраниться. Мазнув по скуле пальцем он резко отступил, отдернул руку, как от огня, и привычно сжимая ее в кулак, спрятал в карман. Резкий кивок, “Завтра. Не опаздывай” долетело до меня уже от машины.
Место, где был его палец, горит. Жар от него несется по всему телу. Сердце делает один глухой удар и пускается вскачь. Его нежность, как сломанный кусок бетона, сквозь который пробивается трава.
Девчата! Все починили! Живем;)
Глава 20
Агата
Я резко вывернула кран с холодной водой на полную и губы сами растянулись в безумной улыбке, когда в кожу воткнулись тысячи ледяных игл.
Мне снился Михаил. Сон оставил послевкусия разочарования и … недосказанности. Несмотря на тревожную атмосферу сна, горячий след его руки будоражил… Проснувшись, я была зла: на тело, на себя, на глупые эмоции.
Кофе, шипя и булькая, почти успел сбежать из турки, пока я мыслями снова провалилась во вчерашний вечер. Михаил сумел просочиться даже в кофе! Нет, но как он ловко скинул хама в баки! Вроде вот скандальная ситуация, а мне спокойно как никогда.
Так, это надо прекратить! Мне нужна передышка от накала страстей, чтобы привести голову и эмоции в порядок. И работа в этом лучший помощник. И с ней - работой, тоже хотелось бы разобраться. Потому что этот непрекращающийся цирк, под названием “офис Михаила” со всеми его гастролирующими клоунами, практически не оставлял мне времени на мои прямые обязанности.
Я бросила взгляд на часы на стене - до выхода из дома еще два с половиной часа. Гениальная идея прострелила голову - а, не изменить ли мне свои планы? Я метнулась к ноутбуку и проверила рабочее расписание торговых точек и производств Михаила. Так и есть, производство работает с восьми, значит через полчаса могу уже выдвигаться. Давно пора познакомиться с обстановкой на местах.
Довольная собой, я допила кофе и пошла собираться и вызывать такси, попутно выстраивая в голове новый маршрут и план действий. Настроение сразу же сменилось на боевое-рабочее - так-то лучше.
Угрюмый водитель такси, молча вел машину, не затевая пустых разговоров, и я была благодарна за это. Ритмичное тиканье поворотников в тишине салона вводило в транс, где тревожные мысли о Михаиле наконец отступили, уступая место четким контурам плана. Поглаживая шероховатый чехол телефона я сосредоточилась на предстоящем визите на первую локацию - самую крупную из его сыроварен, которых было три. Эта была флагманом, с широким ассортиментом и основной объем был у нее.