- Знаешь, что самое обидное? - Илья уверенно откинул волосы назад и невесело усмехнулся, - Я эти схемы Виктору Геннадьевичу год назад рисовал! А он: 'Не отвлекайся на ерунду, план горит'.
Не богатое на эмоции лицо сделало попытку спародировать несговорчивого продажника и я улыбнулась.
- Ты видишь то, что не видит ни один офисный маркетолог: как дышит район. Михаилу Сергеевичу нужен человек, который превратит 50 точек не в сеть, а в 50 уникальных 'сырных сценариев'.
Илья молча вертит в руках ручку. Я устраиваюсь поудобнее и отпиваю давно остывший кофе.
- ...а Виктор Геннадьевич? Он же... меня в ноль спишет. - Он проводит многострадальной ручкой по горлу, проговаривая вслух свой главный страх. - Если я пойду через его голову. Он не забудет…
- ...будет твоим ключевым бенефициаром. - Уверенно говорю я, салютуя бокалом с латте. - Твои акции поднимут его план. Ты — не угроза, а его секретное оружие.
Передо мной входящим вызовом вспыхнул экран телефона. Я вздрогнула от неожиданности. Волна возбуждения накатила и тут же растворилась, как и не было. Это не он, это Катя. Попросив подругу повисеть несколько секунд на линии, я быстро попрощалась с Ильей, и мы разошлись довольные друг другом. На душе было светло. Почти получилось.
- Шарапова! - моя улыбчивая подруга перешла на официоз, а это значит прячьтесь все. И ведь точно, я совсем забыла о ней за этих два безумных дня. - Ты смотрю совсем заработалась! Не звонишь, не пишешь! Даже на чай ни разу не заглянула!
Я свернула на какую-то аллею, присела на первую попавшуюся лавочку и живо представила белые кудряшки, подпрыгивающие в такт ее возмущениям, и порозовевшие от грозного пыхтения щеки.
- А последние два дня даже на работе не появлялась! - Возникла небольшая пауза - воздух видимо в легких закончился. Я не перебивала грозный монолог. Это бесполезно. Нужно просто дать выговориться. - У тебя все в порядке? - совсем другим тоном - как-то жалобно, спросила она и затихла.
- Все хорошо Кать, просто была на производстве и с обходом по торговым точкам. Прости, закрутилась, исправлюсь.
- Вот прямо завтра и начнешь исправляться! - Пошла на второй круг возмущений моя эмоциональная блондинка. - Я к тебе приеду в обед! И слышать ничего не хочу! - Собственно я ничего и не говорила. - С тебя чай и рогалики! Мои любимые! Творожные!
А ведь сегодня пятница, а значит завтра суббота и выходной! Я рассмеялась. Катерина эхом подхватила мой смех и уже отсмеявшись добавила:
- И ты мне всё-всё расскажешь! Поняла?! - Она очень старалась сделать голос снова грозным, но у нее уже не получалось. И я сжалилась.
- Так точно товарищ генерал! Есть, приготовить чай и рогалики!
- И всё рассказать! - не унималась подруга.
- Есть, все рассказать! - держалась я из последних сил, чтобы не хохотать в голос.
- То-то же, - Катя весело пофыркивала в трубку, - завтра буду, жди.
Она звонко чмокнула трубку, и мелко рассмеялась, наслаждаясь вырвавшимся у меня ругательством. В трубке раздались гудки отбоя. Ни других вызовов, ни сообщений за сегодня не было.
__________________________________
Несмотря на мои опасения, уснула я быстро и без сновидений. Скупой отчет Михаилу я отправила в двенадцатом часу ночи, спохватившись о времени, уже когда палец нажал “enter”. Ну и черт с ним. Он сам не интересовался, а мне в течении дня было некогда. Все равно подводить итоги придется вместе.
За утро я успела все; и позаниматься йогой, и сбегать в магазин за творогом для заказанных рогаликов, и даже слегка прибраться. На столе уже стоял пузатый чайник с приготовленным любимым Катей Да Хун Пао. И пока я сворачивала вторую порцию рогаликов, первая уже дозревала в духовке. Как раз будет время остыть.
Я с удовольствием окунулась в готовку. Тесто послушно раскатывалось, мука великодушно покрывала половину стола и я, не удержавшись, то тут то там рисовала на ней смайлики. Я была довольна проделанной за два дня работой. Рада предстоящему визиту подруги и выходным.
Мысли о странном поведении Михаила, я решила отложить до понедельника. Сейчас, события прошедших дней: разборки, баки, странные слова Володи и жесты Михаила, потускнели, отодвинулись на второй план, как будто меня это все не касалось. И сразу стало легче дышать. Появилось воодушевление и желание свернуть горы. Я все могу!
Раздавшаяся трель звонка, застала меня по локоть в муке. Я бегло глянула на часы - половина одиннадцатого, рановато. Зато будет побольше времени поболтать. Оказывается я тоже соскучилась.