- Спасибо, Даниил.
Не обращая внимание на обстановку, он не переставал ловить мой взгляд и загадочно улыбаться. Раздражение захлестнуло неожиданно сильно.
Мы сидели за небольшим круглым столиком. И прокручивая на блюдце свою чашку с эспрессо, Даниил все время норовил задеть “ненароком” мои пальцы. От него пахло дорогим, навязчивым парфюмом с нотками тяжелой амбры и чего-то сладковатого. Этот аромат, смешиваясь с запахом кофе, начинал казаться удушающим. Я остро ощутила свою нервозность.
- Даниил, я не успела поговорить с Михаилом Сергеевичем, в виду его занятости. - Сказала я обтекаемо, не желая вдаваться в подробности. Заметив воодушевление на его лице, я поспешила продолжить. - Но я внимательно изучила твою концепцию. И у нее, возможно, есть право на существование.
Его глаза вспыхнули торжеством. Он уже приготовился принять благодарность, но я подняла палец, прося минутку внимания. Мой голос звучал ровно и спокойно, как на рабочем совещании.
- Однако, как специалист, который видит всю систему целиком, я должна тебя разочаровать. Твоя идея - не решает ключевую задачу и не систематизирует работу отдела продаж. Твое предложение касается продукта, а нам нужно навести порядок в продвижении.
Он попытался вставить слово, но я мягко, но неумолимо продолжила, глядя ему прямо в глаза:
- Ты - отличный торговый представитель, Даниил. Ты умеешь продавать, договариваться, твои результаты говорят сами за себя. Но стратегическое планирование – это не твоя зона ответственности.
Ты пытаешься прыгнуть выше головы, не построив карьерную лестницу, – верный способ не взлететь, а разбиться. Илья, к примеру, прошел этот путь: он изучил все процессы изнутри, и только поэтому его аналитика теперь имеет вес.
Я сделала паузу, дав ему возможность переварить. Его улыбка наконец померкла, уступая место нахмуренным бровям.
- Я не понимаю, Агата. Я и предлагаю рост, а ты мне - про какого-то Илью и карьеру. Я же вижу - тут нужны свежие идеи!
- Свежие идеи - да. – Я наклонилась чуть ближе через стол, и мой взгляд стал жестче. - Но не сырные трюфели, Даниил, а выстроенные бизнес-процессы. И твоя задача сейчас - не генерировать «гениальные» идеи, а показывать стабильно высокие продажи на своих точках. Заработать репутацию не просто «говоруна», а человека, на котором держится его участок. Понимаешь? Не словами, а делом. От тебя ждут результат.
Он откинулся на спинку стула, на его лице играла обида. Воздух между нами сгустился и стал тугим.
- То есть, мое мнение ничего не стоит? - спросил он с фальшивой легкостью.
- Оно стоит ровно столько, сколько стоит мнение одного из двадцати торговых представителей, - безжалостно, но абсолютно честно ответила я. - Пока ты не стал тем, кто этими двадцатью управляет. - Он обжег меня вызывающим взглядом. - Всему свое время, Даниил. Сначала докажи, что ты лучший в своей текущей роли. А потом уже можно будет представлять твои идеи по реформированию компании.
Я допила свой остывший эспрессо и поставила чашку с тихим финальным стуком.
- На этом, пожалуй, наш рабочий разговор закончен. Спасибо за встречу.
Подхватив сумочку, я дала ему понять, что дискуссия окончена. Встала из-за стола и увидела, как он смотрит на меня - в его взгляде было не столько разочарование, сколько холодная оценка. Хорошо. Пусть лучше он будет на меня зол, чем питает ложные надежды.
Я вышла на улицу, и прохладный воздух обжег легкие, словно я всплыла после долгого погружения. Глубоко вдохнув, я старалась вытеснить духоту этой беседы, этот сладковатый парфюм и ощущение липкого, неприятного контакта. Раздражение медленно отступало, сменяясь моральной усталостью. Я свернула в сторону дома, автоматически отмечая, что улицы полны людей. Всем, независимо от возраста и статуса, хотелось впитать часть этого теплого вечера.
Я шла, не замечая ничего вокруг, пока не уперлась взглядом в ярко-зеленую листву каштана, подсвеченную фонарем. Остановившись, я дала себе передышку. Идиллию нарушил рингтон моего телефона. Сердце снова ёкнуло - привычная за эти дни глупая надежда. Но на экране был незнакомый номер.
- Агата, здг`авствуй. Это Володя, бг`ат Михаила, - прозвучал тревожный, картавый голос. - Извини, что беспокою в выходной, но... Мишка пг`иболел - слег с темпег`атуг`ой.
Из-за этой картавости я не сразу его узнала. В его голосе сквозила неуверенность, будто он и сам не знал, зачем звонит. Но для меня эти слова прозвучали как выстрел. Если бы была просто температура, стал бы он звонить именно мне? Вряд ли. Да и грассирования я за ним раньше не замечала. Волнуется?