- Повариха в детском доме. Лук очень любила. - Он с усилием выдавливал из себя слова сквозь сжатые зубы. - И пихала его везде! - Он поднял и снова брякнул по столу ножом. Кот недовольно фыркнул и спрыгнул с насиженного места от греха подальше. Я ждала продолжения молча. - Дай ей волю, она бы из него варенье варила! - Зубы снова скрипнули. - Другие ели и ничего! Даже вкусным считали. - Он скривился и тут же яростно почесал бороду. Я открыла и закрыла рот - дать выговориться сейчас было важнее возможных болячек. Михаил же так глубоко ушел в свои воспоминания, что ничего не замечал вокруг. - Я его ненавидел! - Его пальцы сжались в кулаки и медленно разжались. - Выковыривал, где возможно, но со вкусом приходилось мириться, чтобы не оставаться голодным. - Он тяжело выдохнул и поднял на меня затравленный взгляд.
Я честно, не понимала в чем проблема? Ну, и фиг с ним с этим луком. Но, посмотрев на несчастное лицо Медведя, которого победил маленький нелепый лук, я неожиданно для себя произнесла совсем другое.
- У нас в детском саду была Жанна Аркадьевна, - Я уставилась взглядом в стол и не смогла совладать с голосом, он опустился до еле слышного шепота, - она не выпускала из-за стола, пока не допьешь какао. - Меня передернуло и я поморщилась. - А оно с этой... с пенкой..., - Я сглотнула и встретилась глазами с Михаилом, заканчивая на выдохе, - до рвоты, - в его глазах что-то дрогнуло и он вдруг понимающе усмехнулся. - Значит без лука. - припечатала я и вымученно улыбнулась, забирая у него из под носа злополучный овощ.
Зрачки у Михаила заняли всю радужку, взгляд замер на моих губах и я смутилась, отошла к плите, чувствуя, как под этим взглядом занимаются румянцем щеки.
Неожиданно раздавшийся рингтон телефона заставил вздрогнуть и обернуться. Михаил долго смотрел на экран своего телефона, а потом все-таки мазнул по экрану, отвечая на вызов. Поймав мой взгляд, он включил громкую связь.
- Слушаю, - бросил он строго в трубку.
- Ты просил личный отчет, - из динамика раздался насмешливый голос Антона. Мои руки сами собой упрямо сложились на груди. - Звоню отчитаться о проделанной работе.
- Слушаю, - снова повторил Михаил, неотрывно глядя мне в глаза. Перед мысленным взором промелькнула картинка: классный руководитель позвонила отцу, когда мы ужинали. Никакого криминала за мной не было, но вот смотрел на меня он тогда точно так же. Я повела плечами, сбрасывая воспоминание. Тревожное ожидание уже осело внутри свинцовым грузом. Повисшая пауза дала мне возможность представить губы Антона сжатые в нитку от такого тона.
- Хмм…, хорошо. Я посетил сегодня все три сыроварни, ознакомился с текущим состоянием дел, получил отчет от Бориса - мы очень продуктивно пообщались…
- Ближе к делу, - довольно грубо прервал его Михаил. На том конце трубки что-то жестко брякнуло, но его протеже сохранил ровный вежливый тон.
- Как скажешь. - В голос пробились стальные нотки. - Подробный отчет по списку задач у тебя на почте. С Агатой очень приятно иметь дело.
Прозвучавшая фраза хлестнула на отмашь - челюсти Михаила сжались. Но его глаза продолжали удерживать контакт со мной, не отпускали. Только зрачки снова затопили всю радужку.
- Она потрясающий специалист и удивительная женщина. - Продолжил он напористым речитативом, не давая вставить ни слова. Его тон неуловимо изменился. Стал ниже и обрел бархатную интимную глубину. У меня внутри зазвенела натянутая струна. Бровь Михаила взлетела вверх, и я чувствовала, как под этим выразительным взглядом, покрываюсь пунцовыми пятнами. - Я бы даже сказал незаменимая. У меня есть пара вопросов к ней по агентам, я так понимаю она с ними довольно плотно работает?
- Подожди, - процедил Михаил сквозь зубы, сверля раздраженным взглядом телефон, - я сейчас у нее уточню. - Агата…
Я замерла в ужасе. На кухне повисла оглушительная тишина.
- Извини-и, - удивленно протянул Антон, - помешал? Вы там в процессе…, - он прикрыл пошлый смешок, многозначительным покашливанием, - в процессе обсуждения. - Наконец он смог сформулировать приличную фразу, но подтекст уже был очевиден.
- Нет, - Михаил бросил на меня быстрый взгляд - я, наверное, стояла с лицом смертницы, - Мы не…, - он сбился и потер с усилием нахмуренный лоб, - Она… Ладно, потом…
Михаил резко встал, ножки стула жалобно скрипнули по плитке, схватил со стола телефон и вышел в коридор. Я навалилась всем весом на столешницу, резко вдохнула и уставилась невидящим взглядом в кастрюлю с кипящим супом. Внутри тоже все кипело. Зачем он это сказал? Зачем упомянул мое имя? Меня здесь вообще не должно было быть!
Антон теперь будет… я не могла подобрать слов, но точно знала только одно - ничего хорошего. Сплетни, намеки, липкое внимание. И эта его фраза “...в процессе обсуждения…” таким многозначительным тоном - прозвучала, как приговор. Я себя почувствовала голой.