Экспедицию предприняли в ближайшие выходные. Оскар попросил разрешения сходить в баню, Игорь с Лёхой присоединились, и в субботу опять полезли под землю. Заблудиться не боялись - шли вдоль шнура, путь был извилист и тернист, но, в общем, ничего страшного. Через час неспешной ходьбы кузнец с токарем остановились отлить, а Игорь ушёл чуть вперёд. Все трое уже несколько минут испытывали странную тошноту и головокружение, и кузнец предположил, что это выброс метана, но вернуться назад пока не предлагал - дышалось по-прежнему легко.
– Что-то у меня жопа кружится, - сказал Игорь и вдруг взлетел к потолку.
Пещера огласилась всеми известными русскими выражениями, которые когда-либо употреблял сварщик в экстремальные моменты своей жизни.
– Игорь, ты чего? - удивлённо воскликнул Оскар. Сварщик сидел на потолке вниз головой и продолжал материться, потом поглядел на коллег и замолчал.
Шнур тянулся от пола к потолку и далее убегал в темноту.
– Я думал, сейчас проверю, как он к потолку крепится, - сказал наконец Игорёк. - А сам как взлечу…
– Мы дошли, - воскликнул Лёха. - Мужики, мы дошли до центра Земли. Здесь вектор силы тяжести меняется. Америка рядом!
Стояла середина марта. Со дня падения Кремлёвского метеорита прошло ровно два месяца.
11
– Сколько их, Альварес?
– Двое, белые, при деньгах.
– В чём проблема?
– Синьор лейтенант, они в сомбреро и пончо!
– Вы уверены, что вам нужна помощь полиции, а не психиатрической клиники?
– У них оружие, синьор!
– Оружие?
– У того парня, что ниже, штаны оттопыриваются.
– Что оттопыривается?
– Штаны.
– Ждите.
Спустя секунду диспетчер связался с патрулём сержанта Диего Сапаты:
– Компьютерный клуб Риккардо Альвареса, вооружённое ограбление.
– Чего там грабить, они бедны, как церковные мыши.
– Сержант, не пререкайтесь. Принять меры к задержанию.
– Слушаюсь.
Сержант Диего Сапата был редким в этих краях честным полицейским. В скором времени он планировал закончить обучение в колледже и стать детективом, чтобы по-настоящему взяться за преступный мир родного города, а пока… пока осваивал профессию с самых низов, чтобы знать всё.
Грабить на его участке нечего: район настолько бедный, что у преступных группировок здесь никаких интересов не возникало. Если какой-нибудь заблудившийся наркокартель, возвращаясь с дружеской перестрелки, оказывался здесь, то расчувствовавшиеся бандиты сами приплачивали местному населению, лишь бы оно не выглядело таким жалким.
Клуб Риккардо Альвареса представлял собой жалкую комнатёнку с десятью маломощными машинками, на которых сутки напролёт рубились подростки из банды Хуана Мигеля. Банда тоже была жалкой - они специально бегали к единственному здесь регулируемому перекрёстку, чтобы перебежать улицу на красный сигнал светофора и показать средний палец камере слежения. Это у них называлось «нарушать закон». Разумеется, каждый из них мечтал приподняться до какой-нибудь центровой группировки и навеки порвать с трущобами, но шансов вырваться у них никаких. У большинства коллег сержанта Сапаты тоже не было шанса, поэтому они промышляли мелким вымогательством и подставами. Впрочем, никто на этом ещё не обогатился, если не считать богатством дурную славу.
Диего с напарником встали в тени пальм метрах в пятидесяти от входа в клуб.
– Не похоже на вооружённое нападение, - заметил Фред.
– Согласен, - кивнул Сапата.
Из распахнутых настежь дверей не доносилось никаких подозрительных звуков, видны были блестящие от пота спины подростков, сидящих перед мониторами. Никто не размахивал пистолетом, не выкрикивал угроз, и вообще могло показаться, что все умерли, если бы в дверном проёме не возникали время от времени голые по пояс мальчишки, торопливо дымящие дешевыми сигаретами.
Патрульные решили уже заходить, как мимо курящих тинэйджеров протиснулись двое и впрямь подозрительных типов. Бегающий взгляд, попытка казаться меньше, чем они есть, с головой выдавала в них неудачников. Но не бандитов. Оба низкорослые, полные; тот, что постарше, изо всех сил корчил надменную физиономию, но чувствовалось, что ему не по себе. Другой походил на плюшевого медвежонка - с большим пузом и виноватой физиономией. В любой другой ситуации эти двое не обратили бы на себя особого внимания, если бы не странное одеяние. То есть сомбреро и пончо, конечно, не были такой уж редкостью - всего в паре километров отсюда, на границе с Америкой, тихуанцы в подобном облачении впаривали туристам дешёвые сувениры. Но незнакомцы носили ненастоящие пончо и сомбреро. Похожие, но ненастоящие.