— Тебе приходилось драться, ведь так? — сказал Берроуз, направляя на него светосферу. Существо клацнуло жвалами, словно соглашаясь. На несколько секунд доктор отвел взгляд от гигантского клеща, чтобы оглядеться вокруг.
— Это место весьма… богато… поистине золотая жила!
Вздохнув, он порылся в сумке.
— Вот, держи, старина, — сказал доктор, бросив еще одну сушеную палочку причудливому существу, которое поспешно попятилось назад, словно бы испугавшись.
Затем очень медленно подползло чуть ближе, нашло еду и осторожно взяло ее. Существо явно решило, что палочку можно спокойно есть, и, схватив ее челюстями, тут же принялось поглощать, издавая целую гамму скрежещущих звуков.
В благоговении доктор Берроуз вновь уселся на камень и, пошарив по карманам в поисках точилки, принялся затачивать все уменьшающийся карандаш. Жуя, существо согнуло ноги и присело, словно в ожидании еще чего-нибудь вкусненького.
Посмеиваясь над необычностью ситуации, Берроуз взял журнал и, открыв его на чистой странице, решил запечатлеть «пылевого клеща», сидящего перед ним. Он взглянул на незаполненный лист и задумался, мечтательно остановив взгляд. Щелканье гигантского существа резко вывело его из задумчивости, и он понял, чем следует заняться. Перевести остаток текста на камне доктора Берроуза являлось первостепенной задачей.
— Мало времени, — пробормотал он, — мало времени…
Глава 29
— На помощь! Кто-нибудь! Помогите! Здесь есть кто-нибудь?
«Да очнись же ты!.. На что это похоже?»
Резкий, неприятный голос звучал в голове у Уилла. Как ни старался мальчик заглушить его, голос не умолкал.
«Здесь никого нет на целые мили вокруг. Ты сам по себе, приятель», — продолжал голос.
— Помогите! На помощь! На помощь! — кричал Уилл, стараясь всеми силами не обращать внимания на внутренний голос.
«Чего ты ждешь?.. Что папочка выскочит из-за угла и укажет тебе дорогу домой? Доктор Берроуз — „суперпапочка“, который сам заблудился в лондонской подземке? Ну конечно!»
— Да провались ты! — хрипло огрызнулся Уилл на собственные мучительные сомнения, пока крик разносился по туннелям.
«Провались? Вот смешно! Сам-то ты разве под землю не провалился?» — упорствовал голос, будто точно знал, чем все обернется.
«Хуже уже некуда, — продолжал он. — Тебя пора списать со счетов».
Уилл, остановившись, потряс головой, отказываясь согласиться со сказанным. Должен быть какой-то выход.
Он открывал и закрывал глаза, пытаясь различить хоть что-то, но ничего не было видно. Даже в самую темную ночь на земле есть какой-то слабенький свет, а здесь царит абсолютная чернота. И она играет с тобой злую шутку, дает ложную надежду.
Мальчик медленно шел вдоль стены, ведя по ней рукой и чувствуя пальцами твердую поверхность, пока, не потеряв терпение, кинулся бежать. Нога зацепилась за что-то, и он кубарем полетел вперед, упал лицом в рыхлую землю и распластался, тяжело дыша.
Если бы Уилл позволил себе хорошенько задуматься о своем положении, то у него не хватило бы сил это вынести. Заблудиться на более чем на пятимильной, если Тэм не ошибался, глубине под землей — что может быть ужаснее?! По подсчетам Уилла, он бродил, оторвавшись от Дрейка и остальной группы, не менее суток. А может, и дольше, только мальчик понятия не имел, как следить за временем.
Каждая последующая секунда в этом вечном забвении была так же важна и пугающа, как предыдущая, и мальчику казалось, что позади него выстроились миллионы этих секунд. Он и вправду не имел ни малейшего представления, сколько пробыл в этих бесконечных туннелях, но раз в горле так невыносимо пересохло, значит, прошло не меньше двадцати четырех часов. Единственное, что Уилл знал точно, — ни разу в жизни его еще так сильно не мучила жажда.
Он встал, пытаясь нащупать стену. Но пальцы касались только теплого воздуха. Там, где он ожидал ее найти, стены не было. Мальчик тут же представил себя на краю огромной пропасти, и у него закружилась голова. Еще один неуверенный шаг. Пол какой-то неровный, но даже в этом больше нельзя было быть уверенным. Уилл дошел до того, что ему трудно было понять: это пол поднимается под углом или он сам стоит под углом к полу. Мальчик перестал доверять даже собственным ощущениям.
Еще сильнее закружилась голова, и подкатила тошнота. Он попытался восстановить равновесие, раскинув руки в стороны. Через несколько секунд, стараясь удержать это положение, словно кривобокое пугало, Уилл почувствовал себя немного уверенней. Сделал несколько осторожных шагов, но никакого намека на стену так и не появилось. Мальчик закричал, прислушиваясь к эху.