- Ну что, красавица, пойдем поразвлекаемся? Не знаешь, кому в Зоне нужно много денег?
Следующие несколько минут картины сменяются перед нами, как в театре теней. Вот мы видим группу людей, из тех, кого плохо видно, кто всего боится: и аномалий, и детей Зоны, и тех, кто нарисован серо-белой акварелью... Последние как раз что-то резко и громко говорят им, не обращая на нас внимания. А потом считают до десяти и начинают стрелять по бросившимся наутек карандашным наброскам... в то время как мы проходим мимо.
Но вот впереди встают какие-то конструкции. Нагромождение автомобильных покрышек, дощатых щитов... как будто люди в великом страхе пытались отгородиться... от чего? Неужели они боятся еще сильнее, чем те, что сейчас убегали? Мне становится их жаль, хотя я их еще даже не вижу. И я почти не вздрагиваю, когда слышу из-за баррикад окрик:
- Стоять! Руки вверх!
Не чувствуя никакой угрозы, я продолжаю медленно идти вперед.
- Стой! Стой! Держите ее на прицеле, вдруг бросится!
Мне становится смешно. Они боятся меня? С чего бы мне на них бросаться? Я отворачиваюсь и смотрю на небо.
Картограф меж тем обменивается несколькими фразами с военными на блокпосту.
- А что в чемоданчике? Нет, нет, ты метров на двадцать отойди, и там открой...
Только сейчас я замечаю, что у Легенды в руке действительно маленький серебристый чемоданчик. В сопровождении одного из военных Картограф отходит и открывает его. Оттуда, как в одном старом тарантиновском фильме, разливается мягкий теплый свет. Еще минута - и нас отпускают.
- Нет, ну ты видела? Военные не взяли денег. Монолит отпустил вольных! А аномалии... ты чувствуешь хоть одну?
Я прислушиваюсь к своим ощущениям. Где та тяжелая пульсация? Где радостные искорки и веселые огоньки? Их и вправду нет. Что это сегодня стало с Зоной?
- Электра... не нужна? - спрашиваю я.
- Конечно, ты ведь видела, лампочка горела просто так!.. И все-таки, куда бы деть деньги?
- Деньги обычно хотят те, кто в Баре... - задумчиво припоминаю я, как называется то место.
- Точно! - соглашается Картограф. - Значит, в Бар!
***
Уже далеко за полночь. Я подхожу к месту, от которого веет опасностью. Но, видимо, так уж суждено мне этой ночью, - ходить туда, где я не бывала ни разу. Кордон, а теперь вот черно-красные... и странная уверенность, что я снова останусь жива.
Картографа со мной нет. Мы провели некоторое время в Баре, а потом он вышел - и куда-то пропал. Зато пришел Сет. Нарисованный тушью, как Айс, но с ярким алым пятном в самой середине, он беспрерывно двигается и, кажется, разговаривает всем телом. С ним, наверное, могло бы быть и страшно, но на самом деле очень спокойно и хорошо. Хотя несколько грозных фигур держат нас под прицелом.
- Кто это? - раздается женский голос. Я не ожидала услышать женщину, поэтому внимательно смотрю в полутемный коридор. Она... одна из них. Но странным образом ее душа мечется и льнет ко всему, от чего исходит хоть какая-то сила. Видимо, мой спутник чувствует то же самое. В несколько гибких, звериных движений он скользит к женщине и берет ее под руку. Она не сопротивляется.
- Эй, эй, куда? - только и успевает сказать охранник, но уже поздно. Дойдя с Сетом до конца коридора, женщина вскрикивает и валится на пол. Я знаю, что она жива... но что он ей сказал?
Боец, следивший за мной, отвлекся и вздрагивает, когда я вдруг оказываюсь в сантиметре от его носа. А меня мучает жалость и к нему, и к потерявшей сознание женщине... и вообще ко всем в этом здании... ко всем, кто не ВИДИТ...
- Хочешь конфетку? - спрашиваю я, протягивая ему леденец в обертке. Я помню, как когда-то я кормила так Детей Зоны, и это был единственный язык, который они понимали. Может быть, и с ними нужно так же? Может быть, тогда они УВИДЯТ?
На лице мужчины не двигается ни один мускул, но напряжение становится осязаемым. Он берет конфету у меня из руки, но я вижу, что он что-то задумал.
- А хочешь, я тебе сейчас колечко подарю? - вдруг спрашивает он. В его правой руке оказывается круглая тяжелая штука, из которой и правда торчит проволочное колечко. Его не надеть на палец, оно гораздо больше. И кругляш этот холодный, неприятный... Зачем он вообще?
- Не хочу! - уверенно и громко говорю я. - Я тебе хорошее... конфетку... а ты мне - вот... Некрасивое! Не нравится! Оставь себе!
- Пойдем, пойдем... - Сет берет меня за запястье и тащит к выходу. Я едва успеваю подхватить оставленные на лавке нож и пистолет, как мы уже на улице.
- Ты видишь? - спрашивает он.
Я пожимаю плечами. Конечно, вижу. Они...
- Боятся? Они боятся? - он вслух заканчивает мою мысль. - Конечно, ведь они слабые. И здесь их не должно быть! Ни их, ни тех, кто расхищает нашу Зону...