– Класс! Она идеальная!
Бракс посмотрел на меня.
– Я знаю.
Мои щеки пылали, я обошла его и протянула коробку, завернутую в яркую оберточную бумагу с джутовым бантиком, который я сделала сама.
– Твоя очередь.
Бракс посмотрел на меня.
– Что ты там задумала, Грейси?
– Открывай.
Он разорвал оберточную бумагу и уставился на коробку.
– Не может быть!
Я посмотрела на Джейса, он помогал мне выбирать.
– Может, Бостон.
– Круто! – сказал он и вытащил ковбойскую шляпу из коробки. – Закрой глаза, Грейси...Ну! – он подмигнул. – Я примерю.
Я закатила глаза, но все же послушалась и закрыла.
– Открывай.
Я открыла глаза и увидела Бракса в шляпе, он специально спустил ее до бровей, шляпа идеально ему шла. Бракс скрестил руки на груди и сделал убийственный взгляд.
– Вот это я называю яростью, – сказал он, сощурив глаза и наморщив брови.
– Ты больше похож на сутенера, – сказал Кайл.
Мы все расхохотались.
Бракс пробыл с нами до конца наших каникул: помогал сделать ремонт кое-где, помогал с делами и даже объездил несколько лошадей. Вместе с Джейсом и Кайлом он чинил крышу и забор, потом они меняли прогнившие доски в амбаре. В канун праздника мы пальнули из Винчестера Джилли, и Бракс целовал меня целую минуту, встречая наступление Нового Года. Сет, Кайл и Джейс запускали фейрверки, и хоть мне отчаянно не хватало дедушки, я была окутана новыми радостями.
Безрассудной, настоящей, бесконечной любовью.
Кажется, я не могу быть счастливой больше, чем сейчас. Разве что дедушка был бы рядом. Мне кажется, он одобрял меня, Бакса , нас. Тем не менее мы с Браксом не говорили об этом.
Дни неслись как сумасшедшие, и вот уже нужно было возвращаться в Уинстон. Было странно уезжать и не попрощаться с Джилли. Бракс сразу понял, что что-то не так.
– Что случилось? – спросил он, когда мы шли к машине.
Я покачала головой и сказала:
– Это просто так...Так странно. Странно, что Джилли нет, как будто я уезжаю не попрощавшись.
Бракс погладил меня по щеке:
– Мы скажем ему до свиданья, когда будем выезжать, Солнышко.
Я обняла маму и братьев, Бракс затянул покрепче ремни в багажнике, которые держали его байк, и мы поехали. Бракс отвез нас на кладбище на окраине города. Мы все были здесь на Рождество, но все же мне казалось, будет неправильно, если я уеду, не попрощавшись, и Бракс прочел мои мысли, мне даже не нужно было ничего говорить. Он оставил меня на несколько минут одну возле могилы деда, земля на ней еще была свежей. Я провела пальцами по надгробию, по выгравированной звезде.
– Спасибо, Джилли, – прошептала я. – И...Знаешь что, старый барсук, я люблю тебя.
Когда мы снова тронулись в путь, оба надели ковбойские шляпы и пели песни во все горло. Проезжая мимо ворот Уинстона, я посмотрела на Бракса.
– Прости, Солнышко, – сказал он хриплым голосом. – Но сегодня ты поедешь ко мне домой.
У меня свело живот:
– А мне понадобится мое кодовое слово?
Бракс свернул с дороги, к дому, а затем во двор к маленькой квартире, затем заглушил двигатель и показал мне ярость.
– Определенно, – ответил он, не выходя из роли.
Я рассмеялась, но он заставил меня прекратить своими губами. Поцелуй затягивался, углублялся и, наконец, он отстранился:
– Я не стану тащить тебя туда против воли, – сказал он. – Ты хочешь остаться со мной? Боже, я очень хочу, чтобы ты осталась.
Я наклонилась и поцеловала его.
– Я тоже, – прошептала я.
Не говоря ни слова, он открыл дверцу и потянул меня за собой. Он достал наши сумки из багажника, повесил их себе на плечо, и мой телескоп в придачу, взял меня за руку и потянул к лестнице, которая вела в квартиру над гаражом. Бракс посмотрел меня и, открыв дверь, сказал:
– Генри сдает мне квартиру за умеренную плату, плюс он дал мне работу на тренировочных бейсбольных площадках.
Мы вошли в квартиру, и Бракс ногой закрыл за нами дверь, затем запер ее, поставил наши вещи на пол и притянул меня к себе:
– Квартирка, конечно, маленькая, зато никто не мешает. – Бракс улыбнулся и посмотрел на мои губы. Я заметила тусклую лампу в углу комнаты, которая освещала всю квартиру. – И здесь все мое.
Я глянула ему через плечо. Мы стояли в небольшой, но полностью оборудованной кухне, пол был выложен плиткой, кровать стояла в дальнем углу вместе со шкафом, в центре квартиры стояли диван и журнальный столик, телевизор висел на кирпичной стене рядом с печкой для отопления. Одна единственная дверь вела, я так полагаю, в ванную комнату. Я улыбнулась Браксу: