Выбрать главу

  -Представился?

  Девушка с усмешкой сделала виляющий жест гибкой рукой, изображая ползущее пресмыкающееся, и в глазах матушки заискрился искренний смех.

  -Не понимаю, зачем ему нарушать уговор?! - осуждающе поджала она губы, искоса посматривая на сестру, подкладывающую себе жареную рыбу.

  -Не нарушать. Только припугнуть, - спокойно поправила Эста.

  -Ты не захотела рисковать?

  -Бесполезно.

  -И приобрела врага.

  -Скорее, шпиона, - снова уточнила девушка, и некоторое время спокойно ужинала, затем, вспомнив встречу возле трактира, осторожно отчиталась, - я встретила очень интересную шляпку, думаю, не купить ли себе?

  -Тебе не пойдет, - качнула головой матушка, и налила себе сливовый компот, - какие планы?

  -Если нужно еще прокатиться, то я готова, - Эста откровенно вздохнула.

  -Не стоит себя мучить, - подумав несколько минут, постановила настоятельница, - и последний вопрос... остался еще контракт. Имеешь право передумать.

  -И получу новых врагов, - сестра Тишины назвала только одну причину, но думала совершенно о другой. И снова не сомневалась, что матушке известны все ее мысли.

  -Возможно. Хорошо, тогда иди сейчас. Вот портал. Немного погоди, я предупрежу, тебя встретят, - настоятельница написала бисерным почерком крохотную записку и отправила в неизвестность магическим вестником, - Захвати сундук, он стоит наверху, в нише возле выхода с лестницы. Цвет знаешь?

  -Да. Плащ купить на месте?

  -Возьми вон в том шкафу, и ботинки тоже.

  Этот плащ был намного более дорогим и изысканным, чем прежний, однако совершенно немодного серо-зеленого цвета, и с еще более старомодным капюшоном.

  -Я задержу его, - хозяйка гостиной повторила вихляющий жест, - отдохни утром подольше. Иди, и мирной тебе тишины.

  -Мирной, - откликнулась Эста, взяла свой саквояж и вышла через ту же дверку, что вошла.

  Поднявшись по лесенке, выбрала в неярком свете масляной лампады среди стоявших в глубокой нише сундуков зеленый и потащила его на верхнюю площадку. По заведенному правилу глупышки и тихони уезжали из монастыря налегке, сундуки им позже доставляли маги из почтовой гильдии. Дорого, разумеется, но терять уникальные наряды под мечами господ, разъярённых исчезновением девушек, значительно накладнее.

  Крошечная капсула, открывавшая путь в заданную точку, разломилась бесшумно, и через несколько секунд девушка опять стояла на башне. Здесь было намного теплее, ярко светили магические фонари, а маг в голубой накидке с вышитыми звездами присматривал за порядком.

  -В четвертом секторе госпожа с сундуком!

  Проворный служитель почтовой гильдии подхватил сундук и потащил к широкому проходу, ведущему в зал ожидания.

  -Авросия, дорогая, наконец-то! - женщина лет сорока подскочила к Эсте, стиснула в объятиях и сунула служителю монетку, - спасибо. Дальше мы сами, я с кучером.

  Кучер оказался возницей наемной коляски с закрытым полотняным верхом. Он довез их до небольшого переулка, где встречавшая, без умолку тараторившая новости про здоровье мнимых общих родственников, попросила остановиться возле массивных, крепко запертых ворот. Однако этот дом вовсе не был окончательной целью их путешествия. Едва коляска скрылась за поворотом, встречающая перестала копаться в объемистом кошеле в поисках несуществующих ключей и махнула рукой. Из-за растущих в глубине переулка кустов немедленно выехала темная карета без гербов и остановилась рядом с ними. Соскочивший с козел мужчина в одно мгновение подхватил сундук и поставил в правую дверцу, а женщины тем временем легко и бесшумно впорхнули в левую.

  И вскоре карета уверено катила по еще оживленным улицам столицы, направляясь к небольшому особняку герцога Адерского, расположенному среди дворцов и особняков западной, зажиточной части Датрона.

  -Может, переночуешь у меня? - только и спросила сразу ставшая очень молчаливой женщина.

  -И утром приехать при всех?

  Больше они не произнесли ни слова, обе устали за день, да и зачем слова тем, кто видит больше других.

  Возница остановил карету, предусмотрительно проехав дальше будки привратника на пять шагов, и пока Эста тащила свой сундук до калитки, стук копыт стих за ближайшим поворотом. Впрочем, она особенно и не торопилась.

  -Любезный, - учтиво попросила девушка сонного, усатого привратника, озадаченно изучающего возникшую ниоткуда незнакомку, - доложите пожалуйста, вашему господину, что прибыла новая чтица. Он меня ждет.

  -На чем прибыла? - не поверил старый слуга.

  -С оказией, - несчастно пролепетала незнакомка, - и поторопись, а то я так устала, что скоро упаду прямо тут. Боюсь, Дагорд аш Феррез, который меня нанимал, этому не обрадуется.

  -Сразу бы так сказали, - засуетился привратник и загремел ключами, - сейчас я вам открою калитку, пока прибежит лакей за сундуком, посидите на лавочке.

  Эста еле заметно усмехнулась, и устало прошла в распахнувшуюся створку, не спуская, тем не менее, глаз со своего сундука.

  Старик, разглядев стройную фигурку в старомодном плаще, признал ее за провинциалку и сжалившись, сам занес в ограду нехитрый багаж. А к тому времени, как калитка была заперта и девушка успела рассказать, что она сирота из знатного, но бедного семейства и очень рада полученному тут месту, был совершенно уверен, что хитрый Змей нашел новую наивную игрушку для своего господина. Однако вмешиваться и давать советы даже не подумал, она все равно не послушает, а ему попадёт. Да и некуда ей больше идти.

  Лакей прибежал довольно скоро, а еще через полчаса Эста уже разместилась в довольно миленькой комнатке на втором этаже. Оказывается, Дагорд, уезжая по делам, не забыл приказать приготовить ее для нанятой им чтицы. Традиционно глупышек и болтушек представляли обществу компаньонками немолодых дам или чтицами для господ. Реже - секретарями или камеристками. Тихони служили у дам дальними родственницами или воспитанницами, а у господ - секретарями или официальными спутницами. А вот кокетки чаще всего играли роль фавориток или кузин.

  И потому комнаты им выделяли неподалеку от господских покоев, да и звонок провести не забывали, чтоб долго не ждать, если понадобится вдруг хозяйке общество компаньонки или господин, страдая от бессонницы, пожелает послушать новый исторический труд либо пикантный роман.

  Самого Геверта, или Герта Адерского, в этот вечер в особняке не оказалось, он уехал на званый ужин и вполне мог и не приехать ночевать. И сообщение об этом вполне устраивало Эсту, сегодня она хотела только отдохнуть. А вот завтра желала бы предстать перед господином хотя бы на полчаса раньше, чем примчится Змей. Хотя матушка и обещала его задержать, в ярости граф был вполне способен разориться на портал. В ближайшем от монастыря городке имелась башня почтовой гильдии.

  Эста наверняка удивилась бы, узнав, что Дагорд аш Феррез в этот момент уже сладко спал. Вместе с Мирошем, устроившись с воином валетом в наваленных в коляску перинах.

  И только расстроенный внезапной сменой планов Юлис неустанно погонял свежих лошадей, взятых ими на постоялом дворе. Мироша ему велели разбудить не раньше, чем в два часа ночи, а очередь графа править коляской наступала в шесть утра. К рассвету Змей собирался оказаться у ворот монастыря.

  Глава 3

  -Госпожа настоятельница не беседует с мужчинами, - немолодая женщина, похожая твердостью характера и загорелым лицом на сержанта женского легиона, а не на монашку монастыря святой Тишины, повторяла это назойливому посетителю уже десятый раз.

  -Но у меня очень важное дело, - он цепко держался крепкой рукой за край приоткрытого маленького оконца, не давая захлопнуть дверку, - очень. Попросите ее сделать исключение, я готов на все условия.

  За оконцем раздались удаляющиеся шаги, хлопнула внутренняя дверца и Дагорд яростно выматерился про себя. Если бы он вчера утром догадывался, черезо что придется пройти, даже близко не подошел бы к проклятой глупышке. Приказал бы Мирошу представить себя командиром, а сам сел на козлы. Вот теперь у него даже сомнений не осталось, что никакая она не глупышка, эта прожжённая стерва с манерами воспитанницы пансиона для благородных сироток. Впрочем, с тех эти манеры и благородство сползают быстрее, чем платья под напором слаженного воздействия нежных взглядов и звона монет.