- Я по поводу своей сестры. Елена Васильева, - ответил парень. - Как она?
- О-о, - протянул врач, - Та самая Елена Васильева.
Дрожа от холода, Богдан с надеждой взглянул на дверь, ведущую внутрь больницы, и поинтересовался:
- Может, продолжим наш разговор у вас в кабинете? На улице всё же как-то прохладно.
- В кабинете нельзя курить, - хмыкнул доктор.
- Ладно. Тогда не томите, расскажите уже.
- Ну, как сказать, - вздохнул врач. - Бредовые идеи всё ещё сохраняются. Галлюцинации продолжают её сопровождать. Буду с вами откровенен - лежать ей в психбольнице остаток своих дней. Её заболевание хроническое и протекает не самым лучшим образом. А уж учитывая, что она вытворила…
Психиатр покачал головой.
- Да-а уж… Соболезную вам, молодой человек. Потерять отца и ещё пережить нечто такое… Ужасно.
Повисло недолгое молчание. Вскоре Богдан осторожно спросил:
- А мне никак нельзя её проведать?
- Исключено. Подобным пациентам запрещены звонки и посещения. Всё-таки она находится в остром психозе и полагает, будто вы хотели ей навредить.
- Ладно, - вздохнул парень, - Тогда хотя бы передайте ей, что я всё ещё люблю её и считаю частью семьи.
- Как только она перестанет постоянно завывать, так сразу, - хохотнул врач, но тут же смутился. - Простите.
- Ясно… Ну, я приду к вам ещё через пару недель. Вдруг что-то в её состоянии изменится.
- Ну, приходите, конечно… - протянул психиатр. Богдан понял, что врач не верит в то, что что-то уже изменится в психическом состоянии его сестры.
- Спасибо вам. И до свидания, - негромко проговорил парень. Врач потушил сигарету о мусорный бачок и выкинул её туда же.
- До свидания, - кивнул доктор, поднялся по ступенькам и зашёл внутрь здания больницы, громко хлопнув дверью.
Богдан ещё некоторое время постоял на месте, а затем развернулся и отправился домой, сопровождаемый одной лишь холодной метелью.
Конец