- Тогда зачем ты мне все это рассказываешь? – спросил он, внимательно глядя на собеседника.
- Потому, что это существо жаждет власти, - голосом, не предвещавшим ничего хорошего, отозвался Шарль. – Ему нужны все люди, до которых оно сможет дотянуться.
В следующие несколько минут выражение лица Ги то вытягивалось, то недоверчиво искривлялось. То, что он слышал, сильно напоминало бред сумасшедшего, однако прежде его друг никогда не отличался склонностью к фантазированию, так что к тому моменту, когда рассказ подошел к концу, великан понял все серьезность ситуации и пришел в ужас от услышанного.
- То есть до них не дотянуться? - воскликнул он, сжимая кулаки. – Ну, брат, это ни в какие ворота… То есть, ты хочешь сказать, мы для них расходный материал?
- Хуже. Скорее, досадное недоразумение.
- Но ты хоть представляешь себе, как с ними можно связаться?
- Не вижу смысла, - тоскливо поежился Шарль. – Возможно, такая возможность и существует. Например, через ту же Рону. Но она вряд ли захочет нам помогать за просто так, а того, что ей нужно, у нас нет.
- Может быть, и нет, - вдруг хитро прищурился Ги. – А может, и есть.
- О чем ты?
- Ей ведь нужны люди, так? Предложим ей бартер.
- Не хочешь ведь ты?.. – Шарль был настолько потрясен скрытым смыслом этих слов, что не сразу нашелся, что ответить.
- Не хочу, конечно, - здоровяк, заметив, какое впечатление произвели его слова на собеседника, поспешил успокоить его. – Но никто ведь нам не может запретить торговаться. Ты же меня знаешь – я никогда не отличался склонностью к честному ведению поединка. К тому же ты сам мне только что рассказывал о том, что если предложить этой Роне то, что ей нужно, она может пойти на сделку.
- Тогда речь шла о ее жизни, - напомнил Шарль, поняв, что друг имел в виду. – Сейчас другой случай. Нам нечем ее шантажировать – она уже и так пошла против своих.
- Ну, а мы можем подсказать ее бывшим боссам месторасположение пропавшей девчонки, - рассмеялся Ги. – Или хотя бы сообщить ей о том, что намереваемся это сделать.
Мужчины несколько секунд молча смотрели друг на друга. Первый боялся – возможно, впервые в своей жизни. Боялся потерять то, что так и не успел еще обрести в полном объеме. Второй же делал то единственное, что умел: защищал то, что принадлежало ему. Оба были по-своему правы, и оба понимали это. Наконец, Шарль первым прервал молчание.
- У меня другая идея. Вот что мы сделаем.
***
Когда на третью ночь Рона не дождалась сигнального огня, то мысленно успела вычеркнуть Виктора из числа своих подчиненных. Впрочем, нужно сказать, что сделала она это без особого энтузиазма – мужчина нравился ей своей решительностью. Конечно, была в нем типичная солдатская склонность к однобокости, но ей не нужны были мыслящие слуги, достаточно было простой смекалки. Виктор же был воплощением того, каким должен был стать каждый обращенный – сильным, смелым, самоотверженным. И без всякого намека на сомнение в ее приказаниях.
Поймав себя на мысли о том, что слишком долго думает об этом неудавшемся военачальнике, девочка нахмурилась и переключилась на более важные темы. Черт с ним, с этим поселением – в конце концов, не оно первое и не оно последнее. Не стоило зацикливаться на том, до чего она пока не может дотянуться. У нее было слишком мало людей, захват новых территорий требовал гораздо более серьезной силы. То, что совсем недавно казалось ей плевым делом, на проверку оказалось муторным и достаточно трудозатратным занятием. Эх, если бы она могла создавать не только подчиненных, но и помощников, которые смогли бы ускорить процесс… Но об этом нельзя было даже мечтать. Во-первых, Рона не терпела конкуренции. И, во-вторых, она понятия не имела о том, как сделать это.
- Одной проблемой меньше, - пробормотала недовольная императрица.
Вот уже третий день она боролась с искушением войти в комнату Авроры. Пока ей удавалось перебарывать ломку, но с каждой минутой это давалось ей все труднее и труднее. Когда она поняла, что попала в зависимость от каждодневного общения с женщиной, было уже поздно – девочка проглотила наживку и теперь чувствовала, как огромный крюк раздирает ее нутро. Аврора давала ей то, что не смог дать ни Лорд, ни она сама – возможность копаться в собственном подсознании, словно оно было коробкой с разноцветными кубиками. Красный – смелость, зеленый – спокойствие… Вспомнив ощущения от этой процедуры, девочка почувствовала, как у нее свело судорогой низ живота, и вскочила на ноги.
- Черт с тобой, ты победила!
Но попасть к вожделенной Авроре ей было не суждено – стоило Роне поставить ногу на первую ступеньку, как кто-то негромко, но настойчиво постучал во входную дверь.