— Вид такой, словно накануне здесь здорово повеселились, — заметил Джеффри.
— Надо думать.
— Может, этот парень, — он кивнул в сторону Скутера, — немного перебрал?
— Может быть.
— Кажется, у вас в кампусе наркотики уже стали настоящей проблемой.
Лена повернулась и посмотрела ему в глаза:
— Вероятно, тебе следует поговорить об этом с Чаком.
— Ага, он ведь всегда в курсе всех дел, — саркастически заметил Джеффри.
— Поинтересуйся, где он был в этот уик-энд.
— На турнире по гольфу? — предположил Джеффри, припомнив первую полосу газеты «Грант обсервер». Похоже, Лена намекает, что Алберт Гейнс может легко взять его в оборот.
— И почему ты так настроена против меня, Лена? Почему все делаешь наперекор и что от меня скрываешь?
— Вон твой свидетель явился, — сказала она. — А я лучше пойду проинформирую своего босса.
— К чему такая спешка? Боишься, что он опять тебя ударит?
Лена сжала губы и ничего не ответила.
— Ты останешься здесь, — приказал Джеффри, не оставляя ей другого выбора.
Итан Уайт шел по коридору в сопровождении Фрэнка. Он по-прежнему был одет в свою обычную футболку с длинными рукавами и джинсы. Волосы еще влажные, на шее болталось полотенце.
— Душ принимал? — поинтересовался Джеффри.
— А как же, смывал улики, после того как придушил Скутера, — насмешливо ответил Итан, промокая уши уголком полотенца.
— Звучит как чистосердечное признание, — заметил Джеффри.
Итан бросил на него острый взгляд.
— Я уже беседовал с этой свиньей, — заявил он, глядя на Лену. Та смотрела на него во все глаза, еще больше нагнетая напряжение.
— Ну теперь расскажи все это мне. Ты ведь на первом этаже живешь? Зачем тебя занесло сюда?
— Мне нужно было забрать у Скутера один конспект.
— По какому предмету?
— Молекулярная биология.
— В какое время это было?
— Не помню. Отнимите пару минут от того часа, когда я позвонил ей.
Тут вступила Лена:
— Я была в офисе. Он звонил не мне — я просто случайно ответила на звонок.
Итан стянул концы полотенца.
— Когда они явились, я ушел. Это все, что я знаю.
— К чему прикасался?
— Не помню. Я здорово разнервничался — такое не каждый день бывает, чтоб наткнуться на своего однокашника, который валяется на полу мертвым.
— Ну, покойников тебе видеть не впервой, — напомнил Джеффри.
Итан лишь поднял вверх брови, словно говоря: «Ну и что?»
— Тебе придется сделать официальное заявление в полицейском участке.
Итан помотал головой:
— Не пойдет.
— Будешь препятствовать расследованию? — с угрозой спросил Джеффри.
— Никак нет, сэр! — четко, по-военному ответил Итан и, вынув из заднего кармана листок бумаги, протянул его Джеффри. — Вот мое заявление. Подписано мной. Могу еще раз подписать прямо сейчас, если хотите это официально засвидетельствовать. Полагаю, что по закону я не обязан делать это в полицейском участке.
— Думаешь, самый умный и самый ловкий? — тихо заговорил Джеффри, не прикасаясь к его заявлению. — Думаешь, хорошо научился выходить сухим из воды? — Он указал на Лену: — Или отстаивать свои принципы с помощью кулаков?
Итан вдруг подмигнул Лене, словно у них был какой-то общий секрет. Та вся напряглась, но ни слова не произнесла.
— Я все равно до тебя доберусь, — пообещал Джеффри. — Может, не теперь, но ты от меня не улизнешь. Запомни эти слова.
Итан выпустил из пальцев бумагу, и та спланировала на пол.
— Если это все, то позвольте откланяться: мне пора на занятия.
Глава десятая
После осмотра тела Сара вывела машину из кампуса. До морга она ехала практически на автопилоте, перебирая в уме все подробности двух вскрытий, которые она производила прошлой ночью. Было в смерти Энди Розена что-то такое, что не давало ей покоя. В отличие от Джеффри ей было недостаточно совпадений, чтобы квалифицировать ее как наступившую в результате убийства. Пока что Сара в лучшем случае могла заявить, что имеются подозрения, но и это с большой натяжкой. Медицинских свидетельств, что указывали на чью-то грязную игру, ей обнаружить не удалось. Так что, вполне возможно, их сомнения не имеют под собой почвы и Энди Розен сам свел счеты с жизнью.
А вот с Уильямом Диксоном дело обстояло совсем иначе. Порнографический фильм в видеомагнитофоне, мыльная пена между ремнем и шеей, чтобы петля лучше скользила, крюк в стене, который торчал там уже довольно давно, — все это указывало на автоасфиксию в состоянии эротического возбуждения. Сара за всю свою карьеру только один раз встречалась с подобным случаем, но несколько лет назад, когда подобные штучки были на пике популярности, читала в судебно-медицинском журнале несколько статей на эту тему.