— Он просыпается!
Мгновенно двое магов начали накладывать защитные заклятия, другие приготовили удерживающие заклинания. Но дасати не поднялся. Вместо этого с глухим стоном агонии его тело выгнулось, начались судороги.
Миранда замешкалась, не решаясь прикоснуться к нему, и в этот момент он свалился с ложа на пол.
В диких конвульсиях его кожа начала покрываться волдырями. Не вполне понимая почему, Миранда крикнула:
— Назад!
Маги отпрянули. Внезапно тело жреца охватило пламя, затем ослепительная вспышка света и жара опалила волосы стоящим рядом и заставила всех отступить.
В воздухе повис тошнотворный запах серы и гниющего мяса, многие зажали носы, сдерживая рвотные позывы. Отступая от места самовозгорания, Миранда разглядела лишь бледные очертания тела в белом пепле на полу.
— Что только что произошло? — спросил Аленка, явно потрясенный увиденным.
— Не знаю, — ответила Миранда. — Думаю, за пределами купола они не способны справиться с избытком энергии, который для нас естественен. Это его перегрузило… ну, вы видели результат.
— Что теперь? — поинтересовался старый маг.
— Возвращаемся к куполу и исследуем его, — заявила Миранда, не дожидаясь просьб и автоматически беря командование на себя. — Это вторжение представляет угрозу для Империи.
Одного этого было достаточно, чтобы мобилизовать Всемогущих. Аленка кивнул:
— Нам нужно не просто исследовать этот купол, его необходимо уничтожить. — Повернувшись к другому магу, он добавил: — Хочака, будь добр доставить весть Свету Небес в Священном Городе. Император должен знать о происходящем. Передай, что мы предоставим детальный отчет по завершении.
Миранде стало любопытно наблюдать, как в этом обычно мягком старике просыпается стальная решимость, в молодости он, должно быть, был впечатляющим лидером. Именно такие люди умеют незаметно брать бразды правления в свои руки, перехватывая инициативу у более громких, но менее компетентных коллег.
Поддержав его инициативу, Миранда тихо сказала:
— Мне пришлось… особым образом ощущать пространство внутри купола, чтобы сбежать. — Она сделала театральную паузу. — Позвольте мне стать вашим проводником в этом деле.
Присутствующие Всемогущие явно опешили от такой просьбы — женщина, да ещё и чужеземка, возглавит их? Однако взгляды обратились к Аленке, который спокойно произнёс:
— Это вполне логично.
Всего четыре слова — и власть над Ассамблеей магов, величайшим собранием волшебников двух миров, перешла к Миранде.
Она кивнула:
— Прошу всех членов Ассамблеи собраться в Большом зале через час. Я расскажу всё, что знаю, и предложу план действий.
Маги тут же принялись рассылать магические послания, созывая собратьев. Миранда знала, что как только весть об угрозе Империи достигнет даже самых отдалённых членов Ассамблеи, все вернутся. В зале не окажутся лишь те, кто физически не сможет прибыть, — когда она объявит, что Империя Цурануанни и весь мир Келевана столкнулись с величайшей угрозой за всю историю.
Уединившись в своих покоях, Миранда опустила на мягкий диван. Лечь на кровать она не решалась, потому что понимала, что мгновенно уснёт. Одной ночи отдыха и лёгкой трапезы было недостаточно, чтобы восстановиться после мучений, причинённых дасати. Страх, боль и осознание срочности должны были стать её пищей и питьём — время работало против них.
Какие бы процессы ни запустили дасати, с каждым часом остановить их будет сложнее.
В дверь деликатно постучали. На пороге стояла ученица в серой мантии — одна из немногих девушек, допущенных к изучению магии. На подносе она несла фарфоровый кувшин, чашку и тарелку с фруктами и хлебом:
— Всемогущая, Всемогущий Аленка подумал, что вам нужно подкрепиться.
— Благодарю, — сказала Миранда, жестом указывая ученице оставить поднос. Едва дверь закрылась, она осознала, что умирает от голода. Принявшись за еду, она почти сразу почувствовала, как силы возвращаются в её измученное тело.
В такие моменты ей особенно жаль, что она не последовала примеру мужа и не изучила жреческую магию. Паг не раз демонстрировал её силу — одним заклинанием или глотком отвратительного на вкус, но чудодейственного эликсира он мог бы вернуть ей ощущение, будто она неделю проспала в мягкой постели, а не провела дни в плену, терпя унижения и пытки.
Мысли о Паге навели на грустные размышления. Трудно было представить троих людей, лучше подготовленных к путешествию в мир дасати — тот самый «второй уровень реальности», как называл его Паг. И всё же тревога грызла её.