Глава XIV
Драка в конюшне
В отличие от прошлого раза, люди Ротуса явно жаждали крови, однако у Геракла и Иолая оставалось по крайней мере одно преимущество — небольшая ширина улочки. Встав почти впритык друг к другу, они не позволят противнику обойти их с флангов и окружить.
К несчастью, такое преимущество не могло предотвратить яростные удары мечей противника по рукам, ногам, голове и другим жизненно важным частям тела, и это обстоятельство сильно тревожило Геракла.
Однако помогла его репутация.
Несмотря на гневные понукания Ротуса, — как обычно, он кричал из безопасного места, прячась за спинами своих воинов, — атаки «повстанцев», после того как они столкнулись лицом к лицу со своими предполагаемыми жертвами, стали вялыми и нерешительными. Это позволило Гераклу пресечь неуклюжую попытку одного из нападавших прорваться к ним в тыл. Он прижал его руку к стене и опустил ему на голову тяжелый кулак, а потом, пока тот не упал, схватил его за спину и швырнул в остальных, сбив с ног по крайней мере половину из них.
В то же самое время Иолай столкнулся еще с одним смельчаком, преисполненным бешеной решимости. Он пользовался своим оружием, словно битой, держа его двумя руками и размахивал им так быстро, что Иолай едва успевал парировать каждый удар. Вынужденный отступать, он пригнулся, уклоняясь от одного удара, втянул живот, избегая другого, и едва не выронил свой меч, когда третий удар сотряс его руки до плеч и перебил дыхание.
К счастью, нападавший тоже пошатнулся, и наступила краткая передышка. Иолай воспользовался ею, быстро крутанулся, набирая силы, и плашмя ударил противника в бок, сбив его с ног.
Стена довершила остальное, когда его голова встретилась с камнем.
— Вы, ослы, их ведь только двое! — вопил Ротус.
— Что-то я не вижу, чтобы ты сильно утомился и вспотел, — огрызнулся один из его людей, и в это время Геракл схватил его за горло, поднял в воздух и так встряхнул, что шлем слетел с его головы, меч упал на мостовую, а глаза сошлись у переносицы.
Иолай засмеялся, выхватил меч у разбойника, медленно сползавшего вниз по стене, и повернулся как раз в тот момент, когда на него набросились еще двое. Он предпочел бы держать в левой руке оружие полегче, однако ему удалось удерживать обоих достаточно долго, чтобы сообразить, что если он не поскользнется, то протянет и дальше, пока Геракл не придет к нему на помощь.
Но когда противник справа сделал резкий выпад, а его приятель взмахнул мечом, Иолай не смог достаточно быстро справиться с обоими мечами. Одно лезвие нападавших оказалось блокированным, но другое угодило ему прямо в бедро. Он вскрикнул, опустился на одно колено и поднял обе руки, скрестив свои мечи, куда и ударили оба меча противников.
Это было испытание силы: сумеют ли они опрокинуть его на спину или он прежде успеет подняться на ноги?
Пот выступил у него на лбу, и струйки потекли в глаза, разъедая их и ухудшая видимость.
— Тебе конец, приятель, — усмехнулся один из нападавших.
— Геракл! — крикнул Иолай.
Другой нападавший захохотал и нажал еще сильней.
Гераклу пришлось выбирать — троица разбойников пыталась зайти к нему в тыл, и ему удалось бы их сдержать, швырнув на них их дружка, которого он держал в воздухе, либо он мог бросить его на тех двоих, что прижали Иолая.
Собственно, думать тут было нечего.
— Лети, — прошептал он.
Через секунду Иолай заметил, как что-то летит по воздуху между головами двух его напрягшихся противников, и весь встрепенулся, когда увидел перепуганное раскрасневшееся лицо третьего, прилетевшего. После столкновения Иолай отодвинулся назад и сумел бы полностью увернуться, если бы летящий разбойник приземлился чуть-чуть раньше.
Шлем ударил Иолаю в челюсть, и последнее, что он увидел, была либо его душа, отправившаяся в Аид, либо какое-то большое облако, плывущее над Фемоном.
Геракл же не видел ничего, кроме сплетения рук, ног и мечей.
Зато он ощутил вес троих разбойников, набросившихся ему на спину и заставивших его согнуться пополам. Они неистово размахивали всем, чем только могли, за исключением мечей, которые они сразу же побросали, как только сообразили, что могут проткнуть друг друга.
Геракл ухитрился стащить одного из них на землю, а потом стремительно выпрямился и быстро, как только мог, бросился спиной к стене. Когда вся его шевелящаяся ноша ударилась о стену, Геракл шагнул вперед и выставил правую руку, чтобы удержаться от падения.
Еще один быстрый шаг, и он выпрямился; стремительный поворот, и его руки уже приготовились к любой неожиданности.