– Скажи, зачем ты дал им власть над нами? – с мукой спросил дракон. – Зачем лишил надежды? Маг отвернулся.
– Так было нужно. Он резко вскинул руку, упреждая яростный рык дракона.
– Успокойся. Я помогу вам вернуть свободу в Даналоне, но ничего не стану делать в Тангмаре. Ты очень умён, Мрак, ты многое помнишь из древних знаний и должен сам понять, зачем я это делаю. Дракон в бешенстве хлестнул себя хвостом.
– Естественный отбор!
– Разумеется, – усмехнулся маг. – Даналон и Тангмар станут вечными противниками, войны захлестнут континент. Тангмарцы будут использовать драконов, а в Даналоне вы сами станете помогать людям, стремясь не допустить победы Тангмара. Рэйдэн вздохнул.
– Выживут самые умные, сильные, находчивые. Через тысячу лет ваша раса станет в десятки раз могущественней, чем сегодня.
– Ты прав, я умён, – гневно возразил дракон. – Войны заморозят развитие, на Ринне сохранится варварский строй и не сможет возникнуть наука!
– Меня это вполне устраивает. – спокойно ответил Рэйден. – Технологичных миров в Галактике много. Миров, где царит магия – гораздо меньше. А для моих целей сегодняшний Ринн подходит почти идеально.
– Твоих целей… – сквозь зубы процедил Мрак. – Ты готов погрузить планету в кровавый туман ради своей цели!
– Я буду контролировать войны. Истребления или геноцида драконов никогда не произойдёт.
– На войне всегда гибнут невинные! Подумай о тех тысячах людей, чьи города будут сожжены, о тех десятках тысяч несчастных, чью жизнь ты сломаешь навеки!
– Люди меня не интересуют, – прозвучал холодный ответ. Дракон надолго замолчал.
– Что тебе нужно, маг? – спросил он наконец. – Какова твоя цель? Рэйден усмехнулся.
– Ты молишься богам, Мрак?
– Нет! – резко ответил дракон. – Богов не существует.
– Верно… – тонкие губы волшебника растянулись в усмешке. – И я намерен это изменить. Молчание.
– Ты сошёл с ума, Рэйден.
– Посмотрим.
– Боги невозможны, – мягко сказал дракон. – Это сказка для дикарей, иллюзия.
– Все мы в той или иной степени – дикари… – неопределённо отозвался Рэйден. – Но мы с тобой ещё и бессмертны, Мрак. Бессмертный дикарь – не находишь, что это весьма похоже на бога? Дракон надолго замолчал.
– Зачем тебе власть? – спросил он наконец. – Ты должен понимать, что несёт она за собой.
– Власть? Маг тихо рассмеялся.
– Мрак, неужели ты думаешь, я стремлюсь к власти? Передо мной лежит огромная, богатая планета Ринн. Стоит лишь пожелать, и она падёт к моим ногам, как падает дракон под топором палача… Меня не влечёт власть. Мрак вздрогнул.
– Что же способно заглушить её ядовитый зов?…
– Когда тебе исполнится тысяча лет, поймёшь. – спокойно ответил маг. – Пока же – береги себя, и не подведи меня завтра. Я уже предупредил принца Терона и остальных заговорщиков. Пауза.
– Почему ты считаешь, что я стану помогать твоим планам?
– Потому что я дарую тебе – и твоим сородичам в Даналоне – свободу, Мрак. Я хорошо знаю драконов. Он коснулся могучего крыла.
– Вы симпатичны мне. Ваш род очень близок тому, что я стремлюсь создать… Запомни, Мрак, сейчас я говорю как предсказатель: когда со звёзд падёт огонь, настанет время молодых, и фиолетовый дракон возглавит войско золотых. Свобода ваша далека; едва видны ростки посева, что плод родит через века, когда наступит время Гнева. Дракон отшатнулся.
– Время Гнева?…
– Оно пока не пришло, – негромко сказал Рэйден. – Могут пройти века, прежде чем настанет День Гнева. Но рано или поздно это произойдёт… Маг помолчал.
– С моей помощью, или без неё. – закончил он наконец. Тихий хлопок воздуха сопровождал исчезновение волшебника. Бронзовый дракон медленно повернул голову. Пятеро его товарищей, приподнявшись над лежанками, хмуро смотрели вслед Рэйдену.
– Тебе следовало разорвать гада, – негромко сказал молодой серебряный. – По его вине все мы стали рабами! Мрак перевёл взгляд на сородича.
– Всё гораздо сложнее, Кан. – произнёс он угрюмо. – Всё гораздо сложнее… Бронзовый дракон оглядел друзей.
– Сейчас перед нами стоит более узкая задача: свергнуть Лакона, вернуть Даналон законному наследнику Терска и заключить с ним договор, возвращающий драконам свободу. Мрак невесело усмехнулся.
– Спасением мира от Рэйдена можно будет заняться потом…
…но «потом» так и не наступило. И в ночь победы, внезапно узнав Рэйдена в сутулой человеческой фигурке, Мрак не решился напасть.
Слова мага уже проникли в его разум. Поэтому дракон молча отдал волшебнику медальон, когда тот протянул за ним руку.
– Помни, Мрак, – это было последнее, что услышал от Рэйдена бронзовый вождь, – Я игрок. И я сделал на драконов крупную ставку. Не заставляй меня жалеть об этом решении. Маг холодно улыбнулся.
– Проигравшую фигуру сбрасывают с доски. Прощай. С той ночи прошло почти полторы тысячи лет. Мрак давно уже покинул пост ареал-вождя; среди бессмертных было принято периодически менять род занятий, чтобы не заграждать дорогу молодым.
Последние века огромный медно-бронзовый дракон руководил службой охраны крепости и лично тренировал патрульных. Каждую ночь во снах ему являлся чёрный маг с золотистыми глазами.
Мрак боялся Рэйдена. Смертельно боялся. Он чувствовал, за магом стоит нечто неизмеримо большее, нежели простая оболочка человека в чёрной мантии. Которая – как отлично понимал Мрак – не была родной. Сейчас дракон всеми силами старался погасить всплеск воспоминаний, порождённый встречей с Волком. Не думать о прошлом, не думать, не вспоминать… Уже много веков это было самым сокровенным желанием Мрака. Он лежал на обзорной площадке главной сторожевой башни и наблюдал за молодым синим далеко внизу. Этот птенец страшно расстроил крылатого своим появлением; бронзовый ненавидел воспоминания и старался прятаться от прошлого. А Волк даже не замечал Мрака. Все мысли молодого дракона были поглощены грядущей встречей с удивительной драконессой, Волк нервно ходил вперёд-назад и постоянно глядел в небо. Шли минуты. То и дело пролетали металлические драконы и драконессы, пару раз с тангмарцами заговаривали патрульные. Волк нервничал всё сильнее. Наконец, на третий час ожидания, небо словно заискрилось лиловыми молниями. Стремительно спикировав к площадке, фиолетовая драконесса изящно сложила крылья и осмотрелась. Было заметно, что она расстроена или обижена. Сердце синего дракона забилось как барабан. Волк шагнул навстречу крылатой красивице… и замер, когда рядом с гостьей на камни опустился Хирсах.
– Не нервничай так сильно, король вовсе не желал тебя обидеть… – расслышал Волк. Золотой дракон говорил на Общем.
– Я в порядке, – прожурчал голос драконессы. – Просто… Нет, гром и молния, я не в порядке! Он оскорбил меня! Продолжая бурную беседу, двое необычайно красивых драконов скрылись за стенами. Волка просто не заметили. Негоро подошёл к окаменевшему дракону и положил руку ему на шею.
– Ты попытался.
– Но… но…
– Хирсах – королевский дракон, ареал-вождь. Волк поник.
– Верно. – глаза синего дракона медленно закрылись. – А я всего лишь тангмарская змея.
– Как и я, – просто ответил человек. – Так что хватит испытывать судьбу. Летим домой, доложим королеве о смерти Джеромо – и прощай, Тангмар. Волк вздохнул.
– Может, попробуем зайти в город?… – заикнулся дракон. – Попрощаться с Кромом…
– И с жизнью. – мрачно добавил Негоро. – Нет уж, хватит. Летим.
– С Кромом… – повторил Волк и внезапно едва не подпрыгнул. – Нег! У Хирсаха есть сын! У него уже есть подруга, Нег! Пауза.
– Боги… – Негоро безнадёжно покачал головой. – Друг, в Хендже более двух тысяч драконов. Ну сам подумай, какие ты имеешь шансы? Кроме того, столь прекрасная драконесса не могла остаться без партнёра.